Павел Дедищев

Что такое рай в наших головах? Основное представление — это сад. Мы все после смерти попадём в сад. Я не понимаю людей, которые говорят: «Когда ты попадёшь в рай, тебя ждут небывалые блаженства: яблоки, качели, контактный зоопарк и старики, куча голых стариков». В целом, после смерти мы попадём в крымский санаторий.

Вам не кажется странным, что у нас бабушка откладывает себе на похороны? Это скорее вопрос к нам, почему она это делает. «Вот я помру, денюшки в шкафу возьмёте, похороните». Ты денюшки в шкафу берёшь, а там, сука, семь миллиардов! Она же даже не знает, сколько кладёт. Все же видели эти новости: «Цыганка обманом выманила у старушки полтора миллиона». В целом, у неё на похоронах может выступить Скриптонит. Скриптонит и сразу батюшка с непонятными песнями. Мол, она так хотела. У нас бабушка при жизни готовится к смерти. Народ, так делают только бабки и фараоны.

Мне всю жизнь казалось, что 1 сентября это праздник, но сейчас я думаю, это меня мать походу обманула, чтобы я так думал. То есть для них, для детей, это вообще ни хрена не праздник. Их как барашков туда привели, у них глаза бегают, их впервые в костюмы нарядили. Они такие: «Нас что, уже хоронить будут?» Что происходит вообще? Для родителей это праздник, хоть полдня его не будет дома.

Когда я заболел ковидом, я сразу самоизолировался. Важна социальная ответственность. То есть, я пошёл домой, чтобы никого не заразить. Я никого не заразил, кроме матери и жены. По факту, мне в больнице сказали: «Шуруй домой и убей своих родственников». И я вспомнил, что я такое уже видел — в детстве, в рекламе «Raid от тараканов».

Я считаю, что кладбище это место только для этих сраных конфет «Рачки». Это мразь, а не конфета. Эти конфеты, которые нам подкидывают через детей через новогодние подарки. Ребёнок сидит: «Фу, рачило...» Мать подошла, забрала его, положила и он при любых удобных похоронах кочует на кладбище. В целом, этот рачок проживает жизнь человека: от ребёнка до кладбища. Эти конфеты... «Полёт», «Мятное»... Я бы вообще в магазинах продавал килограмм на похороны. Бесплатно. Нет такого, чтобы бомж шёл по кладбищу и увидел «Ferrero Rocher», «Raffaello», «Meller»... «Ну у меня есть время!»

Я обожаю русский язык, я радею за наш лексикон. Он неумолимо быстро беднеет. Мы же ещё хитрецы с вами. Мы когда не можем действие объяснить словами, мы прибегаем, я называю это, «словесные смайлики». У тебя не хватает слов объяснить действие и ты такой: «Тыры-пыры». Если длительное действие: «Тыры-пыры-распторы». Мы издеваемся над языком! Мы в соцсетях вообще язык сократили! «Бро», «лок», «кек», «хз». Вот это откуда всё? Ладно, мы так писали, теперь мы так говорим. Вот это вот: «ПТ, бро!» Хочется его тряхануть, может, из тебя ещё буквы высыпятся.

На похоронах Вити АК-47 естественно прозвучат посмертные выстрелы из одноимённого оружия, только не вверх, а в гроб.