28 сентября 2026, понедельник
Пьер Дрие ла Рошель
Раздел

Пьер Дрие ла Рошель

14 цитат

Пьер Дриё ла Рошель — французский писатель. Пьер Дриё ла Рошель — один из самых знаменитых французских писателей середины XX века, интеллектуал-маргинал, пришедший в литературу на волне популярности сюрреализма. Однако затем его литературный радикализм трансформировался в политический. Он участвовал в Первой мировой войне, трижды был ранен. Военный опыт оказал на него глубокое влияние. Дриё обобщил свой военный опыт в безупречной по мастерству серии новелл «Комедия Шарлеруа». После войны одно время участвовал в движении сюрреалистов и дружил с Луи Арагоном; некоторое время был близок к СФИО, а затем — к партии бывшего члена радикал-социалистов Гастона Бержери «Front commun». Однако позднее, испытывая страх перед неизбежной, по его мнению, гибелью западной цивилизации и культуры, писатель заболевает чрезвычайно модными в Европе идеями фашизма. Он, как и многие ему подобные, понимал фашизм как радикальное обновление изжившего себя демократического буржуазного мира. Его увлекала Италия, но после поездки в Германию в 1934 году Дриё возложил все надежды на национал-социалистическое государство. «В гитлеровской Германии есть какая-то моральная сила», — написал он в книге «Масштаб Германии». К концу 30-х годов были опубликованы самые известные произведения Дриё, рисующие, хотя и не без лиризма, упадок французской нации и разложение общества: «Болотные огни», «Мужчина, увешанный женщинами», «Мечтательная буржуазия». Пьер Дриё ла Рошель становится признанной литературной звездой. Вместе с Борхесом, Уолдо Фрэнком, Ортегой-и-Гассетом, Сюпервьелем и Альфонсо Рейесом Дриё входит в международный редакционный совет журнала «Sur» («Юг»), основанного Викторией Окампо, — на протяжении многих лет крупнейшего и наиболее авторитетного издания в Латинской Америке. Дриё понял, что написав «Жиль», он не стал великим романистом, и тогда появился «Дневник», где сплетались национализм, секс и антисемитизм. Всё больше и больше национал-социализм притягивал его. Формула жёсткой власти завоёвывала сердце писателя. «Я за Сталина, за Гитлера, за Муссолини, за всех тех, „кто сам берётся за дело“», — пишет Дриё в теоретическом труде «Фашистский социализм» — своей самой скандальной книге. Дриё жаждет «очищения». Позже Дриё ла Рошель называл политику немцев «никудышной», находя этому более глубокое объяснение. Он критиковал национал-социализм за нежелание обратиться к внутренним источникам обновления, имея в виду уничтоженное в 1934 году «левое» крыло партии. По его мнению, Гитлер погубил себя, убив Грегора Штрассера и Эрнста Рема вместо того, чтобы избавиться от Папена, генералов и опекаемой Герингом старой промышленной верхушки. В январе 1944 г. Дриё писал: «Немцы пожинают то, что посеяли в 1940 и 1941 годах: отсутствие революционного духа. Оправдать вторжение и оккупацию они могли только лишь революцией. Ведь дело было не в том, чтобы захватить Эльзас, а в том, чтобы уничтожить таможенные границы и объединить Европу против России… Какую великолепную социалистическую и расистскую революцию в Европе провалил Гитлер!». После высадки сил союзников в Нормандии, он понимает, что война для фашистов проиграна и готовится к суициду: «У меня нет ни малейшего желания унижаться перед коммунистами, тем более перед французами, тем более перед литераторами. Я, стало быть, должен умереть». За полгода до самоубийства Дриё ла Рошель подвел итоги своему политическому пути: «Я был прав в 1934 г., когда написал в „NRF“, что национал-социализм является раздражённой реакцией Германии, которая чувствует себя постаревшей, умалившейся перед лицом поднимающегося славянского гения… Сегодня монархия, аристократия, религия обретаются в Москве и нигде более». 16 марта 1945 года покончил с собой посредством передозировки люминала.

Род деятельности
писатель
Место рождения
X округ Парижа, Париж, Франция
Дата рождения
03.01.1893
Дата смерти
15.03.1945 (возраст 52 года)
Да был ли в моей жизни хоть один день, пусть даже безмерно наполненный и счастливый от присутствия дорогих мне людей или человека либо из-за моего всеобъемлющего и экспансивного приятия жизни, чтобы я не мечтал об одиночестве, чтобы я не исхитрился вкусить от него хотя бы несколько минут, неважно где — в уборной, в телефонной кабинке, в ванной комнате, где оставался на секунду-другую дольше, чем прилично общественному животному. Да, одиночество — путь к самоубийству, во всяком случае, путь к смерти. Разумеется, одиночество дает возможность в большей степени, чем любые другие условия, наслаждаться миром и жизнью; в одиночестве можно получить гораздо более полное наслаждение цветком, деревом, животными, облаком, проходящими вдали людьми или женщиной, и тем не менее это наклонная плоскость, по которой ты катишься, удаляясь от мира.
— Дневник · книга
В мире всего четыре великих нации: русская, американская, английская, китайская. При том, что китайская — великая скорее в будущем, чем в настоящем, а английская — скорее в прошлом, чем в будущем.
— Дневник · книга
В древних Афинах человек, который голосовал за войну, сам отправлялся воевать. Полководцем избирали того, кто предложил войну, и полководец сражался тогда рядом с остальными воинами. А теперь? Теперь-то начальники своей шкурой почти не рискуют.
— Комедия войны · книга
Женщины и мужчины созданы для того, чтобы смеяться, танцевать, отдаваться на волю дней. Нужно быть идиотом, чтобы отказаться от радостей жизни.
— Жиль · книга
В глубине сердца, в глубине души я глубоко удовлетворён тем, что происходит. Я всегда верил в худшее, в абсолютный упадок Европы и мира. Инстинктивно я всегда был на стороне Апокалипсиса.
— Дневник · книга
От закона борьбы невозможно уклониться, потому что это закон жизни. <...> человек существует лишь в борьбе, человек живет полнокровной жизнью лишь при условии, что он подвергает себя риску смерти. Любая мысль, любое чувство, подлинны только тогда, когда они подвергнуты испытанию риском смерти.
— Жиль · книга
... завтра с утра он снова уедет в поля и деревни, где расцветают снаряды и красивым цветком распускается смерть. И ничто, кроме нее, в жизни не достойно внимания.
— Жиль · книга
Постепенно, каплю за каплей, Жиль влил в ее кровь яд подавленности и отчаяния. Прежде такая смешливая, простодушная, с милой непосредственностью утолявшая свои легкомысленные желания, она теперь ощущала себя погибшим, лишенным будущего существом, женщиной, которая не сумеет найти себе мужа и обречена стать дамою полусвета. В Жиле, который, казалось, погубил и обесчестил ее, она видела единственный якорь спасения. Она говорила себе, что если она не выйдет за него замуж, ей уже вообще никогда ни за кого не выйти. Она страшно боялась его потерять — и оттого теряла его.
— Жиль · книга
Ему стало жутко при мысли о той обиде, которую он собирается ей нанести; ему приоткрылась та страшная сила, которой он обладал: заставить ее страдать было целиком в его власти. Он начал туманным аккордом: — Я странное существо.
— Жиль · книга
Слабые существа никогда не могут выйти за рамки тех представлений о мире и обществе, которые они получают, наблюдая жизнь в своих семьях.
— Жиль · книга
Да, люди вроде Готье, Уайльда, Мопассана, Флобера — бунтари и в то же самое время конформисты. Они хотят быть понятыми публикой, критиками, хотят стать классиками. Поэтому пишут ясно, правильно. И этот литературный конформизм, являющийся конформизмом социальным, изрядно смазывает эффект их бунтарства. <...> Те же, что были спасены, были спасены по случайности: Рембо молодостью (но если бы он вернулся с деньгами из Абиссинии... читая его письма отгуда, иногда вздрагиваешь), Лотреамон — молодостью (и он еще успел написать Предисловие к «Стихотворениям»), Нерваль — безумием, Паскаль — смертью (если бы у него хватило времени привести в порядок свои черновики, мы получили бы холодный трактат без всяких озарений.)
— Дневник · книга
Я умру с верой в «Бхагават Гиту» и «Заратустру»: в них моя истина, мое кредо. Вера самая чистая и индетерминированная, бесконечная вера в лоне скептицизма и безразличия. Вера в невыразимое, в нечто по ту сторону Бытия и Небытия. Убежденность, что в мгновение вечности, в Великий Полдень действие и созерцание суть одно и то же.
— Дневник · книга