Пол Беттани

Я не верю ни во что, кроме любви. И пива.

Приберегите часть вашей души для тех людей, которых вы действительно любите.

Люди должны идти на фильм, или я узнаю, где они живут. Это — кино о том, как ужасно насилие, и если они не будут смотреть это, я приду и убью их.

Я действительно много сквернословлю. Скорее всего, это из-за скудости словарного запаса. Думаю, я никогда не буду по-настоящему шикарен. Но знаете что? К черту все это.

О бесполезности оптимизма: «Чертов стакан наполовину пуст! И точка!»

Он абсолютно не задавался по этому поводу. Я бы на его месте бегал бы голышом и орал: «Я получил Оскара, а вы нет!»

У меня был спор с отцом Дженнифер по поводу бейсбола, о перчатке, которую используют игроки. Я спросил: «Зачем вам перчатки, вы прям как девчонки». А он ответил, что бейсбольные мячи тяжелее и жестче, чем крикетные. Но это неправда, потому что я, как идиот, полез в интернет и выяснил вес бейсбольного мяча и мяча для крикета — а я ведь даже не люблю эти виды спорта! — и позвонил ему посреди ночи и сказал: «Он тяжелее! Тяжелее!», и повесил трубку.

Под этой игривой мальчишеской оболочкой бьется сердце безжалостного маньяка-садиста.

Меня зовут Пол Беттани, и иногда я пишу стихи. Недавно я почитал их, и понял, что они похожи на бред чересчур эмоционального 14-летнего мальчишки. Что обидно, потому что на самом деле это бред чересчур эмоционального 31-летнего мужчины.

Я ненавижу насекомых: они живые, и они занимаются своими делами, и они меня пугают. Был один такой: большое блестящее синее существо, которое летает. Оно полетело на меня, поэтому я закричал и убежал.

Из-за того, что я говорю с британским акцентом, все думают: «Боже, он, должно быть, очень умен...». Так что в результате можно начать слишком много болтать. Когда я иду на вечеринку и начинаю говорить, люди меня слушают. А зря.

О «Хозяине морей»: «И вы знаете, в конце фильма, где пишут «Ни одно животное не пострадало» должно быть написано «Кроме попугая в баре Monkey Bar», потому что в пять часов утра, я должен сказать, я был достаточно груб с ним, словесно, и я думаю, он получил эмоциональную травму».