Пол Марс

О, благослови вас всех господь. Только лишь дураки доверяют тому, что им скажут.

— Забавно, что высокоскоростные поезда должны ехать по прямой линии. Это и делает их высокоскоростными, – женщина громко зевнула. – Поезда! Мне скучно от самой себя, но это правда. Прямая линия равняется «вухуу!». А эта железная дорога идет по чудесной прямой из пункта А в пункт Б как никогда быстро. Кроме этого места, где она совершает странный небольшой объезд вокруг казначейского округа. Очень забавно, – она поднялась и отряхнулась от пыли. – Она идет прямо через луга, поля, полные белок и жаб, и церковь бедного Сент-Джона. И это вызывает небольшую проблему, к которой мы вернемся через секунду. Бобо извивался в веревках. — Миссис Би, я бы сказал, что сейчас самое время развязать меня. Вы обещали, в конце концов. Жена Бобо вскинула бровь. — Я думаю, ты обнаружишь, что я не давала никаких обещаний – фокус, которому я научилась у тебя, милый. А теперь, когда я вышла за тебя, маленький документ, который я недавно заверила у твоей слегка истерзанной и травмированной команды юристов, гласит – большими, даже заглавными буквами – что все твои деньги теперь принадлежат мне. Если я отпущу тебя, ты будешь следить и пытаться сказать, чтобы я не потратила это все на таксидермию и сахарную вату.

— Считай её своей спутницей. — Спутницей, которая готова застрелить меня, если подвернётся момент? — Именно.

— Прошу прощения, если выгляжу полным дураком, но почему я привязан к этой железной дороге? Женщина рассмеялась. — Потому что я собираюсь выйти за тебя замуж.

–

Стоя на пороге клуба Подонков женщина казалось уставшей, болезненной и какой-то помятой. Но губы её были изогнуты в презрительной усмешке, обнажая зубы. Она сжала руку в кулак и выбросила ее по направлению к дверям. — Вы можете думать, что мне досталось тело слабой и немощной женщины. Но у меня есть машина времени и полное отсутствие моральных принципов! А ещё я очень злопамятна.

— Манипулятор Временной Воронки? – нахмурилась Йайани. – Кто в здравом уме станет его использовать? — Ты разве не слышала, глупышка? Я никогда и не была в здравом уме.

— Генерал, – промурлыкала она. – Какая неожиданная честь. Хотите, чтобы я сделала реверанс или поклонилась? — Я бы хотел, чтобы ты заткнулась и хоть один раз послушала.

— Никаких регенераций, бедняжка. Зато тебя легче убить. Женщина фыркнула, выдавая свою нервность. — Ты действительно думаешь, что это случится? — О, да, – улыбнулась Мисси. – Вы вторглись в мою ТАРДИС и направили на меня пушку. Я убивала людей за то, что они забывали зашнуровать обувь. Ты действительно думаешь, что я позволю тебе жить?

— Почему твоя ТАРДИС не переводит это? — Потому что этого языка нет в базе данных ТАРДИС. Это алфавит, разработанный доктором Kалубом, полный бред для всех, кроме него. — Тогда как ты понимаешь? — Потому что я всегда исключение из правил

Вы же прекрасно знаете, что это я. Все вы знаете. А я только что пережила одну пренеприятнейшую ситуацию, у меня стресс. И шок! А все, что мне требуется – это присесть где-нибудь, выпить чашечку чая и что-то, куда я могу положить ноги. Если вы не хотите видеть здесь гору трупов, меня вполне устроит и табуретка. Вся соль в том, что я чертовски устала, а это место – как бы глупо это не звучало – наводит меня на мысли о доме.

— Если наши враги прознают, что мы пережили Войну Времени... — Вселенная будет порвана на клочки, планеты истекут кровью и звезды разобьются на осколки, – Мисси подмигнула Йайани. – Моё обычное утро воскресенья.

— Почему ты попыталась убить Рассилона? Резкое изменение темы снова поставило Йайани в тупик, как и должно было. Её лицо потемнело. — Мне было одиноко. — И ты решила убить Лорда Президента Галлифрея из-за того, что тебе было не с кем поболтать?

— Я не Доктор, – прорычала Мисси, стоя нос к носу с высокомерным лицом голограммы. – Меня нельзя дразнить или пристыдить. Те, кто пытался, очень плохо закончили. Попробуй снова – и я вырву твои сердца. Напыщенный идиот улыбнулся, действительно улыбнулся. — Без ТАРДИС? Я бы на это посмотрел. Ты можешь, конечно, отказаться от нашего предложения... — Тогда я отказываюсь. — ...и провести остаток своих дней на этом незначительном тёмно-бордовом шаре грязи. Мисси перевела взгляд на Йайани. — Почему бы тогда вашей верной комнатной собачке не пристрелить меня? — И отказать Скарасенам в угощении? — Жаль вас расстраивать, но им можно сказать пока-пока.

— Вы отравили нас! Ведьма! Гарпия! – Мандевиль с трудом стоял, каждая часть его тела усиленно дрожала и горела. – Вы отравили всю еду! Женщина явно обиделась. — Да как вы посмели! Это было бы оскорблением для мяса.

Она была женщиной, привыкшей к одиночеству. Многие годы она путешествовала одна, считая саму себя отличной компанией, лучшей, на которою она могла рассчитывать. Её собственные шутки казались ей смешными, у неё был чудесный вкус относительно музыки, искусства, одежды, еды, вин, поэзии, прозы и мест, её комментарии всегда были уместны, она всегда могла выдать подходящую случаю цитату. Ни один из потенциальных спутников не имел ни единого шанса в сравнении с теми качествами, которые она видела в себе самой. Раз или два она пробовала путешествовать со спутником, чтобы было с кем разделить затраты и нервное напряжение, чтобы облегчить духовную и психологическую нагрузку долгих странствий в пространстве и времени. Но эти люди, которых она приглашала в свою ТАРДИС, в конечном итоге лишь действовали ей на нервы.