Робер Деснос

Когда тронется поезд, не надо махать мне платком, Ни рукой, ни зонтом. Но, наполнив стакан свой вином, ты до самого дна Вслед бегущему поезду Выплесни длинное пламя вина, Чтоб метнулось оно мне вослед, Это терпкое, это кровавое пламя, Которое, словно язык, прикасалось к губам И оставило след над твоими губами.

Здесь буду я лежать, и больше негде, под этой кроной. Я здесь срывал и первый вешний цвет Среди гранитных плит и мраморной колонной.

Il était un grand nombre de fois Un homme qui aimait une femme Il était un grand nombre de fois Une femme qui aimait un homme

Я столько мечтал о тебе, Столько шёл, говорил, Так любил твою тень, Что мне от тебя ничего не осталось. Только стать тенью среди теней, Стать в стократ больше тенью, чем тень, Стать тенью, мелькающей вновь, и мелькать в твой солнечный день.

Проклят будь отец того кузнеца что выковал железный топор тот которым срубил дровосек дуб сгодившийся на кровать на котором зачат был дед человека который вел растреклятый автомобиль тот в котором твоя мать повстречалась с твоим отцом!

Кроме тебя никто звездам наперекор Один на один с темнотой в мираж превращающей мир Кроме тебя никто мой путь не пройдет со мной Чем дальше ты от меня тем больше твоя тень Кроме тебя никто не встретит у моря зарю когда от скитаний Устав из зарослей выйду лесных туда где играет прибой Кроме тебя никто мне на лоб на глаза не положит ладонь Кроме тебя никто я отвергаю ложь я презираю фальшь На якоре мой корабль хочешь руби цепь Кроме тебя никто на борт ко мне не взойдет В клетке изо дня в день медленно гложет орел прутьев Зеленую медь Ему не вырваться нет! Воскресным утром звенит в зелени трель соловья девочки Смотрят скучая как скачет кенар по клетке а на Пустынной улице солнце медленно чертит тонкую Линию на полуденном тротуаре Мы за этой чертой Кроме тебя никто Один я совсем один как высохший плющ на стене Один как стекло на ветру Ты Кроме тебя никто.

Я и в сто тысяч лет еще имел бы силы Тебя, день завтрашний, предчувствовать и ждать. Пусть время тащится, кряхтя, как старец хилый, Я знаю, что оно идти не может вспять.

Я так мечтал о тебе, столько шел, говорил с твоим призраком, что мне ничего не осталось. И все же лишь быть бы призраком среди призраков и легчайшей тенью теней, что мелькают, и будут незримо мелькать на солнечном циферблате жизни твоей.

В дверь постучи — Тебе не ответят. Вновь постучи — Тебе не откроют. Вышиби дверь — И увидишь тогда, Что путь свободен, И дом свободен, И в дом этот можно Войти без труда. Так и в любви и в жизни бывает. Но не всегда.