Робер Мерль

Как выражается один из персонажей Сартра, я не развлекаюсь, а «отвлекаюсь».

В потребительском обществе наиболее ходким продуктом является оптимизм.

У белых слишком сильно развито представление о будущем. Не думать, принимать настоящее и гнать прочь тревогу!

Есть — это, в сущности, одерживать победу: на пищу бросаешься, ее берешь силой, поглощаешь.

Усталость, в сущности, нередко своего рода пассивное сопротивление все возрастающему бремени ответственности.

Женщина создана не для мужчины, она существует для себя самой, следовательно, она распоряжается собой по собственному усмотрению.

У нас в Мальжаке отца считают добрейшим человеком, мягким, как свежевыпеченный хлеб. Правильно считают. Но уж слишком много в нем мякиша и совсем нет корки.

Я понимаю, что должен был чувствовать Адам, когда в одно прекрасное утро обнаружил рядом с собой Еву, еще тепленькую, прямо с гончарного круга, где ее изготовили.

В сущности, о профессоре можно судить еще до того, как он откроет рот, по манере, с какой он слушает студента, плавающего перед ним. Есть профы важные, сидят, точно в суде председательствуют. Дурно воспитанный проф разваливается в своем кресле, зевая от скуки, глядит в потолок и ковыряет в носу. Проф-комедиант не перестает улыбаться с тонким видом, гримасничает, поднимает брови. Проф-псих и крикун то и дело что-то яростно записывает, но потом почти не говорит, не обобщает. Существует даже проф-охальник, который разглядывает сидящую с ним рядом студентку, точно она продажная девка или он сам — сеньор, располагающий правом первой ночи.

Нет, я знаю, они меня обожают, да и я их тоже, но быть предметом обожания невыносимо.

Самое ужасное заключается в том, что, сколько ни задавай себе вопросов, на них все равно не найти ответа.

Надо жить с большим смаком. Ведь жизнь не такая уж долгая.

Pазве можно убедить людей, когда ты их раздражаешь?

— Он вас, можно сказать, пригрел у себя на груди, а вы воспользовались этим, чтобы его ужалить. — Ужалить-то я его действительно ужалил, — сказал Дельмон, — но, с другой стороны, грудь его была не слишком уж горяча.

Выжить — это еще не все. Чтобы жизнь тебя интересовала, нужно знать, что она будет и после тебя.

Оттого, что вы избегаете думать о смерти, смерть не перестаёт думать о вас.