Говорят, что оптимист верит в сомнительное будущее и что пессимист всегда прав, но не получает от этого удовлетворения. Это моя обязанность — быть оптимистом, хотя пессимист располагает большей информацией.
Надо всегда тренировать память, чтобы не забыть тех охренительно красивых девок, которые хотели перерезать тебе горло. Эти девки и сейчас охренительно красивы, и твоя задача — не забывать о том, что они когда-то хотели с тобой сделать. Я скажу так: если ты будешь помнить царапины дольше, чем ты помнишь кошку, — ты будешь в порядке.
После сорока мне стало нравиться, когда меня называют придурком. Мне исполнилось сорок совсем недавно. Вроде бы сорок — это не очень мало, и нужно, типа, о чем-то задуматься. Но пока вокруг меня толпы людей за 50, которые творят такие безумные штуки, на которые я не могу решиться в свои сорок три, я ни о чем задумываться не собираюсь.
Знаете, я много раз чувствовал себя неловко в тот или иной момент моей жизни. Но всегда находил выход из этого состоянии. Юмор — вот что может спасти тебя в любой момент.
Я самоотверженно влюблен в честность и стараюсь бороться с ложью во всех ее проявлениях. Поэтому я не могу сказать вам, где я сказал правду, а где — солгал. Ведь в этом случае ложь одержит победу.
Я приехал в Россию, чтобы получить политическое убежище от моих капиталистических угнетателей. Шутка, конечно. А если серьезно, то, наверное, все вы помните историю. Знаете, все мы, американцы, росли с мыслью, что Россия — это зло. Я безмерно рад, что смог убедиться в обратном.