Сальвадор Дали

Я понятия не имею, беден я или богат. Всем распоряжается моя жена. А для меня деньги — мистика.

В 1929 я осознал, что гениален, и до сих пор не имел случаея в этом усомниться. Напротив, убежденность моя крепла; должен, однако, признаться, что никаких особых восторгов по этом…

— Тайная жизнь Сальвадора Дали, рассказанная им самим

ЮНЕСКО следует разработать программу сохранения кретинов — это вымирающий вид.

Я анатомирую случай.

Комар, ранним утром впивающийся вам в ляжку, может послужить молнией, которая озарит в вашем черепе неизведанные ещё горизонты.

Хватит отвергать. Я принимаю. Хватит лечиться. Сублимируйте, то есть преображайте. Это мое любимое занятие.

Все меня видоизменяло, ничто меня не изменило.

— Тайная жизнь Сальвадора Дали, рассказанная им самим

Свобода – если определять ее как эстетическую категорию – есть воплощение бесформенности, это сама аморфность.

Мода — это то, что способно выйти из моды.

Я чувствовал, что на меня возложена обязанность запечатлеть лик поэта, с Олимпа которого я похитил одну из муз.

Живопись — это сделанная рукой цветная фотография всех возможных, сверхизысканных, необычных, сверх эстетических образцов конкретной иррациональности.

Всю жизнь моей навязчивой идеей была боль, которую я писал бессчетно.

В чем смысл летающей машины, если у человека есть совсем иной инструмент для полета, — душа?

— Тайная жизнь Сальвадора Дали, рассказанная им самим

Нужно было возвращаться к традиции и в живописи, и во всем остальном. Все прочие пути ведут в тупик. Люди и так уже разучились рисовать, писать, слагать стихи. Искусство неуклонно…

Могу давать великолепные уроки живописи. А также кройки и шитья.

Я совершенно нормален. А ненормален тот, кто не понимает моей живописи, тот, кто не любит Веласкеса, тот, кому не интересно, который час на моих растёкшихся циферблатах — они ведь…