Афоризмы
28 сентября 2026, понедельник
Раздел

Шарлотта Бронте: жизненные цитаты

Юные незамужние девушки похожи на весенние цветы — и у тех и у других короткий век. Нет, девушки, конечно, не увядают, как цветы, но подобно цветам их срывают с клумбы, на которой они выросли, и переносят в другое место — в дом мужа, и для них начинается новая жизнь...
— Шарлотта Бронте · книга
Если бы каждый держался за то, что ему причитается, как мученик за веру, это очень бы способствовало счастью и благополучию всех.
— Шарлотта Бронте · книга
Она казалась очень эффектной, но лишенной всякой естественности; она обладала красивой внешностью, была блестяще образованна, но её ум был беден и сердце чёрство; ничто не произрастало на этой почве, никакие плоды не могли освежить вас здесь своей сочностью. Она не была добра; в ней не чувствовалось ничего своего, она повторяла книжные фразы, но никогда не отстаивалась собственных убеждений, да и не имела их. Она толковала о высоких чувствах, но участие и жалость были чужды ей, а также нежность и правдивость.
— Шарлотта Бронте · книга
Некоторые уверяют, что приятно вспоминать пережитые в прошлом страдания, но мне и сейчас тяжело возвращаться мыслью к этому периоду моей жизни: нравственное унижение в соединении с физической мукой — это слишком горестные воспоминания, чтобы на них задерживаться.
— Шарлотта Бронте · книга
Богатство — это нечто материальное, нечто целиком относящееся к внешней сфере жизни, в нем нет ничего идеального, все связанное с ним носит характер трезвого расчета; и таковы же соответствующие чувства. Люди не прыгают и не кричат «ура», узнав, что они получили состояние; наоборот, они сейчас же начинают размышлять о свалившихся на них обязанностях и всяких делах, мы довольны, но появляются серьёзные заботы, и мы размышляем о своём счастье с нахмуренным челом.
— Шарлотта Бронте · книга
Одна мысль жениться на кукле или дурочке всегда меня ужасала: не сомневаюсь, что хорошенькая куколка, красивая пустышка хороши лишь на медовый месяц, но когда страсть остынет — как жутко обнаружить в себе вместо сердца свечной огарок, а в объятиях — недалекую особу и вспомнить, что сделал ее себе ровней — нет, своим идолом — и что остаток этой смертельно скучной жизни ты должен влачить бок о бок с существом, неспособным понять твои слова, почувствовать, что у тебя в душе, и сопереживать с тобою!
— Шарлотта Бронте · книга
Никто не знает, сколько мятежей — помимо политических — зреет в недрах обыденной жизни.
— Шарлотта Бронте · книга
Заводить себе содержанку — это все равно, что покупать раба. И тот и другая — и по природе и уж во всяком случае по положению — как бы существа низшие, и общение с ними на равной ноге унизительно.
— Шарлотта Бронте · книга
Земная жизнь дана вовсе не для наслаждения, не пытайтесь сделать её такой; и не для отдыха, — не предавайтесь лени.
— Шарлотта Бронте · книга
Кладбище было достаточно большим, чтобы ходить по нему полчаса без однообразного гуляния по одной дорожке, и для любителей кладбищенских анналов тут было представлено великое множество всевозможных надписей. Здесь люди разной крови, разных языков и национальностей <...>. Каждая национальность, племя, род скорбели по-своему — и как беззвучен был их общий плач!
— Шарлотта Бронте · книга
Всё это было для меня пыткой — утонченной, длительной пыткой. Она поддерживала во мне тайное пламя негодования и трепетную тревогу скорби, и я чувствовала, что если бы стала его женой, этот добрый человек, чистый, как ледяной горный ключ, скоро свёл бы меня в могилу, не пролив ни единой капли моей крови и не запятнав своей кристальной совести ни малейшей тенью преступления.
— Шарлотта Бронте · книга
Ах, как мне надоели нынешние молодые люди! Слабодушные, слабосильные сморчки, которые не смеют шага ступить за ворота родительского парка, да и туда дойти могут лишь с разрешения маменьки и под её опекой. Они только и знают, что ухаживать за собственными смазливыми физиономиями, холить свои белые руки и выставлять напоказ маленькие ступни! Как будто красота хоть что-то значит в мужчине! Как будто красота и прелесть это не особая привилегия женщины! Её законное украшение и наследие.
— Шарлотта Бронте · книга