Татьяна Степанова

Отчего это, когда мы слышим свои голоса на пленке, нам всегда кажется, что это говорим не мы?

«Зимнее» время… Утро осеннего дня. За окном, как и ночью, — огни, огни, реклама. Порой так страстно и жадно ждёшь утренней зари. Но всё какие-то сумерки, — с дождями, туманами. А так нужен, физически нужен рассвет. <...> Но порой мы садимся у окна, устав от окружающей нас темноты, и смотрим – туда, туда, вдаль. Когда первые лучи окрасят облака в золотисто-розовый цвет. Нежная заря – Аврора – улыбнётся нам с прокисших осенних небес. И вся эта невозможная хмарь, сумеречная жуть будет сметена свежим утренним ветром. Каждое утро я просыпаюсь в надежде, что это произойдёт. Время в принципе же ничего не значит. У нас ведь у каждого свои собственные биологические часы внутри. И это — благо. Это наша индивидуальность. Это наша личная внутренняя свобода. Свобода, о которой мы все мечтаем, хотя порой и не признаёмся в этом самим себе. И не говорим этого вслух. У времени ведь нет границ. И обозначать его «летним» или «зимним» можно лишь условно. Всё равно ведь рассветёт. И солнце покажется из-за туч. И Аврора – заря – нежная и яркая, всегда новая, как в первый день творения, нам всем улыбнётся.

Большое начинается с малого, с «пары капель на дне стакана»...

Женщинам слова не нужны. Достаточно иногда взгляда.

Море — оно лучше любого лекарства смывает тоску и разочарование.

... женщины порой понимают шесть смыслов в трех словах.