Татьяна Владимировна Черниговская

Счастье – это внутреннее спокойствие и философский взгляд на мир.

Зачем ребёнка учить писа́ть? Не на компьютере набивать, а писа́ть? В одном из Древних Китаев, люди, которые претендовали на то, чтобы занять положение высокого государственного чиновника, должны были сдавать два экзамена: каллиграфия и стихосложение. Мудрая цивилизация, потому что они понимали, что это другой тип сознания, другой тип умений. Компьютер стихи не пишет. То есть «розы-мимозы» он напишет, но Бродского он не напишет. Это другой тип ментальности, очень важный, который никто на планете не умеет кроме нас. Искусство — не десерт. Искусство — это другой тип жизни, это другой тип когнитивной деятельности.

Мозг запоминает всё, мимо чего он прошёл, унюхал, попробовал, услышал, потрогал и так далее. Мозг — не решето. Ничего не высыпается из него. Мы, грубо говоря, ничего не забываем, просто большая часть данных лежит в «папке «Другое»». Поэтому: не надо слушать плохую музыку, не надо читать плохие книги, не надо всякое дерьмо есть, не надо дрянь пить, не нужно общаться с плохими людьми.

Говоря в общем, для творчества необходимо снять когнитивный контроль и не бояться ошибок. Ошибки — это прекрасно. Да и кто скажет, что такое ошибка? С точки зрения классической физики Бор, Дирак и Шредингер только и делали, что ошибки...

Везение с генами — это как рояль «Steinway», доставшийся по наследству. Хорошо, конечно, но играть-то на нём всё равно нужно учиться.

Согласитесь, в этом есть некоторый абсурд: электроны знают, что им делать, планеты знают, живые существа знают, как им есть, пить, как синтезировать хлорофилл. Все это они и так делают, без всякого сознания.

Забывание, отвлечение, перерывы и сон являются не помехой для обучения, а помощью. Если хотите что-то быстро запомнить — нужно выучить и заснуть. Какое-то время назад это было догадкой, сейчас это научный факт. Полученные данные должны переместиться в долгосрочную память, и происходит это во время сна. Поэтому ночью, перед экзаменом, нужно спать.

Гения воспитать нельзя, гением можно только родиться, но родившись гением, можно им и не стать.

Мозг пластичен не только в детстве, как считали раньше. Доказано: он образует новые нейронные связи до конца жизни. Любая работа, кроме скучной и рутинной, приносит пользу для мозга. Главное — иметь дело с постоянно меняющейся, сложной информацией.

Я обожаю рекламу, своим идиотизмом она мне просто доставляет наслаждение.

Мозг работает на максимальных оборотах именно потому, что ему нужно делать трудную работу. Трудная работа для мозга — это лекарство.

Мозг, если что и умеет, то — учиться. Он для этого создан — для того, чтобы обучаться, и он знает, как это делать. Хорошо бы, чтобы он нам это сообщил.

Вокруг нас текучий, нестабильный, сверх-быстрый, гибридный, мерцающий мир, которому мы не можем верить. Нам в нем жить. Как? В цифровой реальности помнить о теплых отношениях с живыми людьми. Мне не нужен знающий человек – для знаний у меня компьютер есть. Мне нужен человек, к которому я могу прислониться, поговорить, выпить-закусить, наговорить глупостей. Чтоб он мне сказал – какая же ты дура! Не цифра мне нужна, а живая ткань – подруга, исповедник, психотерапевт. Другого выхода я не вижу.

Если детям попадется умный учитель литературы с хорошим вкусом, то он покажет им, какое это удивительное занятие — читать, их будет не оторвать от книги. Я иногда думаю: какое счастье, что гении, жившие на этой планете, написали книги. Их, как физических единиц, уже нет, но ты все равно можешь продолжать с ними общаться. И это даже диалог. Ты читаешь, сомневаешься, а они тебе потом отвечают. Прошло шестьсот лет, тысяча, а ты все еще с ними разговариваешь. Вот где настоящее бессмертие!

Мозг людей, знающих больше одного языка, имеет преимущество перед мозгом тех, кто знает только один. Учить языки полезно для развития мозга, и это тоже один из способов «отодвинуть Альцгеймера».

Люди делятся на тех, у кого нет вообще никакого темпа, и на тех, у кого темп высокий.