Тед Банди

Он пришел в ужас, осознав то, что сделал это, осознав, что он способен делать такие вещи или даже просто способен думать о такого рода вещах... его сознание прояснялось на некоторое время, но затем это снова поглощало это.

Она говорила, что мне не важен её внутренний мир, но я доказал обратное, когда вырезал её внутренности.

Многие насильники вовсе не являются больными людьми. Это личности, которые верят, что могут безнаказанно навязать свою волю другим.

Журналист: Ты никогда не был религиозным, так ведь? Тед: Нет... Определенно нет, если говорить о традиционном понимании этого слова. Я никогда не считал библию боговдохновенной книгой и словом божьим. И я не стал бы пытаться в дальнейшем изменить свой образ жизни в соответствии с библейскими наставлениями. В этом смысле я не религиозен. В том смысле, что... Я могу назвать себя кем-то вроде прагматика, когда речь заходит о религии. Я не религиозный человек в том смысле, что не являюсь миссионером или фанатичным проповедником или даже тем, кто просто молится и постоянно твердит о христианстве и о существовании бога. Я прагматичен по отношению к официальной религии. На мой взгляд, это колоссальная стабилизирующая сила – хорошая сила. И то, чему она учит – ЕСЛИ ей удается учить этому успешно... и если смириться с лицемерием... Не знаю, сколько там лицемерия среди практикующих христиан... Но официальная религия – это хорошо для общества. И я признаю, что могу принадлежать церкви, и я не смотрю свысока на большинство религиозных людей, хотя я и склонен считать, что многие из них – ужасные лицемеры. Но, тем не менее, религия позволяет сплотить общество.

Вот иду я по улице, и мне навстречу попадается девушка — с одной стороны красивая и мне хочется с ней познакомиться, провести с ней ночь... Но тут я представляю, как я ей отрезаю голову, выпускаю ей кишки... одним словом, я романтик.

Мы, серийные убийцы, — ваши сыновья, мы — ваши мужья, мы повсюду. И завтра умрет еще больше ваших детей.

Я самый хладнокровный сукин сын, которого вы когда-либо встречали.

Ты чувствуешь, как последнее дыхание жизни уходит из тела. Ты смотришь в глаза своей жертвы. Человек в такой ситуации — просто Бог!

Я знавал людей, которые излучают собой уязвимость. Их мимика говорит: «Я боюсь тебя». Такие люди побуждают к насилию. Ожидая, что тебе причинят боль, не поощряешь ли ты её тем самым?

Я не знаю, что заставляет людей искать друзей. Я не знаю, что влечет людей друг к другу. Мне не знакомы основанные на лжи социальные взаимоотношения.

Клянусь Богом, каждый мужчина в этой тюрьме время от времени думает о том, чтобы выбраться отсюда. Каждый из них мечтает покинуть это место, мечтает перелететь через этот забор. И я также мечтаю перелететь через него, мечтаю перелезть через него, мечтаю прорыть под этим забором тоннель! Так же, как и они, я мечтаю о том, чтобы стать свободным.

Границы, усвоенные мной в детстве, оказались неспособны удержать меня от того, чтобы выбраться и навредить кому-нибудь.

Журналист: Но ты ведь веришь в Высший разум, не так ли? Тед: Ну, я верю в какую-то высшую силу, которая находится, пожалуй, за границами нашего понимания. Боги в различных мировых религиях реальны в том смысле, что они олицетворяют то, к чему тянется человек – нечто такое, что больше и могущественнее его. К сожалению, те, кто не понимает в полной мере, что это за сила, пытаются создать бога в человеческом обличии и облачить его в людские одежды. В конце концов, люди создают персонифицированного бога, вкладывая в него свои собственные побуждения, желания и пристрастия. А это, очевидно, не имеет ничего общего с реальностью.

Я не знал, что делает те или иные вещи значимыми. Я не знал, что заставляет людей хотеть быть друзьями. Я не знал, что делает людей привлекательными друг для друга. Я не знал, что лежит в основе социального взаимодействия.

О да, я в полном порядке. Знаешь, сейчас я нахожусь в лучшей форме, чем когда-либо прежде. По крайней мере для того, кто сидит за решеткой в ожидании смертной казни. Я доволен собой. Я ощущаю, что все делаю верно и двигаюсь в правильном направлении. Я именно таков, каким всегда хотел быть. Оглядываясь назад, я лишь качаю головой. Но больше никаких тревог. Негативу заказан вход в мою жизнь.

Человечность и душа, которой наделил меня Бог, существовали, но, к сожалению, разбились со временем.