Уорис Дири

Жизнь кочевника сурова, но и полна красоты: она так тесно связана с природой, что их и разделить невозможно.

Гордость — характерная черта всех сомалийцев.

Было поздно отступать. Раз уж мне нельзя вернуться назад, значит, можно двигаться только в одном направлении — вперед.

Мы всегда старались быть бодрыми и смотреть в будущее с надеждой. Никто не сидел у костра, хныкая и вздыхая, никто не предлагал: «Давайте поговорим о смерти». Жизнь в пустыне тяжела, и чтобы просто выжить, нам необходимо было напрягать все силы, а уныние отбирало эти силы.

Жизнь становилась более суровой, и я вместе с ней.

В Сомали верблюд — это животное, о котором слагают легенды; в Сомали верблюдов больше, чем в любой другой стране мира; в Сомали верблюдов больше, чем людей.

Мне было необходимо выговориться, рассказать об этой тайне — ведь она всю жизнь точила меня изнутри.

Я не сомневаюсь, что моя работа сопряжена с опасностями, и признаюсь, что испытываю страх. Особенно это пугает меня, потому что теперь у меня есть малыш, о котором я должна заботиться. Но религиозная вера велит мне быть мужественной: Бог знал, для чего направил меня на этот путь. Он возложил на меня эту обязанность, и я должна исполнить то, что предначертано. А еще я верю в то, что задолго до моего рождения Аллах определил день, в который мне предстоит умереть, и этого никому не изменить. А тем временем я могу снова рискнуть, ведь я всю жизнь только этим и занималась.

Я, словно воин, ощутила невероятный прилив сил. Я и не знала, что способна на такое, но когда на тебя нападают, пытаются тебя убить, силы откуда-то берутся сами собой. До того и не подозреваешь, сколько в тебе их.

Я всегда стремилась к лучшему, старалась двигаться вперед и выяснить наконец, где же меня ждет что-то необычное, — а в том, что оно меня ждет, я не сомневалась. Не было дня, чтобы я не подумала: «Когда же это случится? Может быть, сегодня? Или завтра? Куда мне отправиться? И что делать?» Не могу сказать, отчего мне в голову приходили эти мысли. Мне тогда казалось, что каждый, наверное, слышит такой внутренний голос. Сколько себя помню, я всегда думала, что моя жизнь должна быть не такой, как у тех, кто рядом со мной. Просто я еще не знала, до какой степени не такой.

Соединенные Штаты — самая богатая страна мира, а всякий, кто в ней живет, чувствует себя бедняком!

С самого раннего детства мне была свойственна черта, общая для детей всего мира, — любовь к животным.

Радоваться и страдать я научилась одновременно. Я научилась тому, что счастье — не в богатстве: у меня никогда ничего не было, но я была по-настоящему счастлива.

Я убеждена, что Бог сотворил мое тело совершенным при рождении. А уж потом люди ограбили меня, отобрали мою силу и оставили калекой. У меня украли женское естество. Если Бог хотел, чтобы этих частей тела у меня не было, для чего же он их создал?