Валентина-Виктория Коскина

— Я с трудом решилась на путешествие, — заговорила блондинка. — И сейчас никто не ведает, что же ещё ждёт меня... и вас... впереди. Я слышала, Витт сказал, никому не известно, какие испытания встретятся. Не скрою, узнав о Книге и Избранных, я испугалась трудностей... испугалась, однако ступила на тропу войны. Страх не оставил меня. И если б я знала, что буду так страдать, покидая Башню Солнечного Света и Шойтав, я бы отказалась от Книги... от всего!

— И нам тяжело, — сказал Алвинэ. — Никто не хочет уезжать. Мы живём в смутное, тёмное время и обречены на скитания, борьбу и потери. Тем не менее, мы вместе, а это многое значит. Потом, когда мы приедем в Дагхан, ты станешь вспоминать свои самые счастливые минуты в жизни. Время, которое ты провела здесь, никогда не забудешь. Оно будет светлой, ничем не замутнённой памятью, зеркалом прошедших годов... Настал час обеда, только Эбарин почти не притронулась к вкусной и разнообразной еде. Она с грустью поглядывала на родителей, которые должны были остаться в Шойтаве, на друидов, магов и чародеев, на Витта и Аристидэса, чувствуя, то последняя встреча, что сильно тревожило её. Когда обед закончился, Аристидэс поднялся с места во главе длинного стола и взял в руки кубок. Взгляд был серьёзным. Старик посмотрел на близнецов и их спутников: — Завтра вы покинете Башню и Шойтав. Так давайте же выпьем за успешное завершение начатого пути прощальный кубок. Сейчас со многими вы распрощаетесь надолго... или навсегда... и вас разведёт серыми, словно осенний дождь, крыльями незримая разлука. Но пока вы тут. И забудьте до рассвета о будущем! Пять друзей поднялись и осушили бокалы. На том и завершился обед. Все разошлись, унося в сердце печаль и надеясь, расставание принесёт им победу.

Никогда не используйте моду ради достижения собственных целей, ведь эта дама слишком ветрена. Сегодня благодаря ей вы на коне, завтра — втоптаны в грязь вчерашними воздыхателями.

Никогда не используйте моду ради достижения собственных целей, ведь эта дама слишком ветрена. Сегодня благодаря ей вы на коне, завтра — втоптаны в грязь вчерашними воздыхателями.

Затем Айрутас, не поднимая головы негромко, будто разговаривая сама с собой, произнесла: — Думаю, ты знаешь не хуже меня, любой путь, даже самый короткий, может таить опасность и гибель. А твой труднее во сто крат. Только ты должна пройти его до конца. Он берёт начало в родной стране и завершится возле Тёмных Врат... Она умолкла. Эбарин быстро подняла на неё глаза: — Откуда вы знаете обо мне и... моём пути? — Там, — женщина указала куда-то наверх, — известно всё обо всех. И о тебе, Эбарин Суламифь, тоже. Не зря Хранителем стала ты, ибо твоё второе имя значит «мир»... — Она чуть помолчала. — То, что ты сделала за эти дни вдали от Шойтава, — лишь маленький шаг к победе. А шагов этих будет очень много. Но ты должна верить в себя, в свои силы. Лишь на тебя сейчас надежда.