Кроме боли, нет никакого иного опыта, ею задано всё, она требует подчиниться. И поэтому я встаю на заре без ропота, я служу и молюсь, я прилежная ученица.
Счастье — это решение. Оно больше не высекается, как искра, от столкновения с красотой, книгой, с чьей-то роскошной иронией. Теперь нельзя утром решить, а вечером уже идти по Петербургу. Теперь счастье — это труд и выбор, его надо планировать, вписывать в распорядок дня, как рабочую встречу. Счастье — это ванна с эфирные маслом после того, как всех уложишь, или поездка на дачу к подруге детства, с велосипедами в багажнике. Оно всё ещё достижимо, оно всё ещё в мелочах, только теперь это тобой придуманные, рукотворные мелочи. Ты — его автор, а не ловец.
Одному вроде как и легче, но помни впредь: До детей наша старость, что подвесная клеть, Всё качается темноте нежилым плутоном, И все думают — ну уж нет, там не жить, а тлеть.
я один себе джеки чан теперь и один себе санта-клаус. все мое занятие — структурировать мрак и хаос. всё, чему я учусь, мама - мастерство поддержанья пауз.