Виктор Степанович Черномырдин

Ах вы имели? Встаньте те, кто имел.

Сейчас историки пытаются преподнести, что в тысяча пятьсот каком-то году что-то там было. Да не было ничего!

Надо контролировать, кому давать, а кому не давать. Почему мы вдруг решили, что каждый может иметь?

Мы никуда не вступаем, да нам и нельзя вступать. Как начнем вступать, так обязательно на что-нибудь наступим.

Стоит Чубайсу только рот открыть, ему тут же сразу насуют.

Кого на следующих выборах изберут, мы будем с тем и работать. А кто там нам по сердцу, кто ниже сердца... это уже другой разговор.

У кого руки чешутся? У кого чешутся — чешите в другом месте.

— Успеваете ли вы заметить красивых женщин? — Успеваю. Но только заметить. Ничего больше. О чем горько сожалею.

Правительство — это не тот уровень, где, как говорят, можно только языком.

Есть ещё время сохранить лицо. Потом придётся сохранять другие части тела.

Я еще от прошлых выборов не отошел — меня еще подташнивает.

Вино нам нужно для здоровья. А здоровье нам нужно, чтобы пить водку.

Мы ещё так будем жить, что нам внуки и правнуки завидовать будут.

Нас никто не может упрекнуть в том, что у нас хорошие помыслы.

Сейчас любой повод... любой повод, сразу прокремлёвская рука, что к этим рукам привязались? Никакие мы руки никуда не протягиваем, протягиваем только с добром... и с помощью, в то…

И те из нас, кто выживет, сами потом будут смеяться.