Виктория Финли

Дух праздника сохранился в сердцах людей, но исчез из песен.

Мы сперва считаем, что у родителей было черно-белое прошлое, а потом радуемся, обнаружив, что они тоже любили яркие цвета.

Конфуцианцы определили бы чашку, исходя из того, на что она похожа, тогда как даосы показали бы на пустоту в центре, без которой она не была бы чашкой.

Традиционный уклад жизни аборигена имеет смысл лишь в контексте того времени, когда из изначального ила, моря или неба появились его предки и принесли с собой первый рассвет. На английский язык это первоначальное состояние переводится как «сновидение» или «эра сновидений», причём сон здесь не обозначает что-то случившееся в прошлом. Скорее это вселенная, существующая параллельно обыденной, мир, подобный тому, в котором мы действуем, пока спим. В системе традиционных представлений аборигенов эра сновидений есть причина всего сущего. Об этом времени рассказывают постепенно по мере готовности слушателя. Говорят, что время сновидений каждого отдельного человека зависит от того, где находилась его мать, когда впервые почувствовала дитя под сердцем. Предки, живущие в этом месте, дали тебе душу, и когда ты вырастешь, их истории и песни будут доверены тебе, а твои — им.

Обычные люди старались жить обычной жизнью, просто меланхолия смешивалась у них с черным юмором.

Отец вёл меня за руку и рассказывал, что знаменитые витражи собора изготовили около восьми столетий назад и до сих пор никто не знает, как «повторить такой оттенок синего». Мне тогда было восемь, и слова отца ввели меня в ступор, ведь до этого памятного дня я искренне верила, что мир и мы вместе с ним двигаемся по пути прогресса. Мои взгляды на эволюцию истории в тот момент серьёзно пошатнулись.