Земля! Дай исцелую твою лысеющую голову лохмотьями губ моих в пятнах чужих позолот. Дымом волос над пожарами глаз из олова дай оболью я впалые груди болот.
Скрипка издергалась, упрашивая, и вдруг разревелась так по-детски, что барабан не выдержал. Я встал, шатаясь полез через ноты, Сгибающиеся под ужасом пюпитры, зачем-то крикнул: «Боже!», Бросился на деревянную шею: «Знаете что, скрипка? Мы ужасно похожи: я вот тоже ору - а доказать ничего не умею!»
Версаль. Возглас первый: «Хорошо жили стервы!» Дворцы на тыщи спален и зал - и в каждой и стол и кровать. Таких вторых и построить нельзя - хоть целую жизнь воровать!