Владислав Мефодьевич Шаповалов

Природа создала чудо: любовь и цветы. Нектар — это любовь цветов. В нём скрыта молодость жизни. И пчела берёт любовь цветов и несёт человеку!

Пчела не делает этого! Она не трогает листа. Не подтачивает корни. Цветок не трогает. Она оставляет природу живой. Берёт то, что ни на что больше не идет. И, беря себе пищу, не уничтожает жизнь, а плодит её!

Сосны стоят устало, уронив ветви; берёзы в зеленых, в крапинку, косынках взялись хороводом. Валяется под кустом битая бутылка. Цивилизация продвигалась в природу осколками стекла, рваной бумагой, ржавым железом консервных банок, и тот осколок битого стекла добавился к тому, что загнан войной, и Тихон смотрел на всё это с болью в глазах.

Человек бессмертен лишь в том смысле, насколько долго после него будет жить его дело.

По этому поводу у Анатолия Егоровича была целая теория. В лесу, как он говорил, растения выделяют фитонциды. Особые летучие вещества, которые губят болезнетворные микробы. Ты вдыхаешь эти частички, и они работают на твоё здоровье. Внутри тебя. Так что лес — это лечебница человеческих недугов. И духовных, и физических. А пчела, вместе с нектаром, с цветочной пыльцой, вместе с прополисом принося с собой и эти самые активные и целебные вещества-лекарства, закладывает их в мёд. Накапливает их в одном месте. В своих кладовых. Так что, если применить современный и очень ходкий теперь термин, то пасека является зоной повышенной радиации, только доброй, живительной радиации. И нет человеку полезнее дыхания, чем на этих кусочках земли, отведённых пчёлам.

И тут у них мало-помалу пошёл разговор о войне — как она шла, кто в какую сторону клонил и кто выгоду от неё имел, а кто лишь потери. Помянули они и «шабашное» участие союзников, которые вклинились не в критический, а в коммерческий момент и воевали не на нашей, а на своей стороне, и не за нас, а за себя, потому что не будь нашей спины, им бы пришлось подставлять свою, а она, может быть, не выдержала бы.

В молодости мы не знаем молодости, как начинаем её постигать в старости.

Тихон думал о том, как прекрасна земля и жизнь на ней и как она, жизнь, скоротечна для человека. Думал о том, как человек мало успевает за жизнь. Мы всегда в старости сожалеем о том, что не успели в молодости, а в молодости, обманываясь запасом будущего, надеемся на потом, на старость, которая возьмет умом, а рукою не поднимет. В том ошибка молодости и горечь старости. С возрастом Тихон Чуприн как-то глубже начинал понимать всё это, и чем ближе подходила та черта, о которой он помнил, тем дороже становилась ему жизнь.

Украшай голову знаниями, а душу — поведением, и ты будешь самым красивым человеком!

К старости мы умом берём больше, чем в молодости. И тем впадаем в обман. И удивляемся себе, что не можем взять рукою то, что берем умом.

Нет большего друга жизни, чем солнце. Но нет и большей беды, чем от того же друга. И наши отуманенные незнанием предки падали перед его горячим ликом на колени, как падали перед дождем, заливающим посевы, как падали перед всем тем, что не могли одолеть разумом. В природе, должно быть, каждая вещь имеет две стороны — лицевую и оборотную. И всё зависит от того, какой стороной обернётся она — добром или злом.

Так уж, видно, повелось на этом свете: вместе с радостями приходят и горести. Это две сестры родные. Взявшись за руки, разом по земле идут.

Всё купленное, как известно, имеет цену. Это только дарёная вещь — бесценна.