Юлия Рутберг

Ходит миф, что я сука конченая. На самом деле это неправда. Его придумали недовольные люди, которые чаще всего являются дилетантами, а я зверею от непрофессионализма. А когда призываю их соответствовать своей должности или просто быть ответственными, потому что я имею своё мнение и мужество говорить им правду, то это вызывает с их стороны сильный резонанс.

Актёрский труд — это восхождение. И человек всю жизнь идёт к своему Эвересту. А что такое Эверест в актёрской профессии? Это стать мастером, профессиональным мастером. Сначала профессионалом, потом мастером. И путь на этот Эверест он вроде бы, казалось, вверх, а потом он в бок, а потом он вниз, а потом он вверх, а потом он в воду, а потом вертикально опять в гору. У каждого свой путь.

Был анекдот такой: «Говорят, что встречают по одежке, а провожают по уму, поэтому меня отдубасили дважды».

Если у актёра нет театра, ты сгоришь очень быстро в кино. Потому что сейчас никто не занимается застройкой внутреннего мира. И именно поэтому мы сейчас знаем очень много известных молодых людей и барышень, которые что на них екатерининская эпоха; что барышня-крестьянка, пушкинская эпоха; что солдатская форма — ничего с ними не происходит! Они вообще не умеют всё это носить. Потому что уровень культуры какой-то очень низкий, а в театре, когда ты репетируешь, у тебя есть возможность привыкнуть к этому платью, тебе прививаются манеры, ты можешь выучить язык, потому что если ты играешь Толстого, ты не можешь ничего не знать по-французски. Это нонсенс!

Актерская профессия — это ад. Многие считают, что это кокетство, но это не так. Здоровье, выдержка, внешность — ты до конца жизни должен быть космонавтом, английским шпионом и фотомоделью! Болит ли у тебя голова, сломана ли нога, умер кто-то — это никого не волнует, билеты проданы. Но я без этого не могу...

Театр — это рудники с одной стороны и университеты — с другой. А кино — это «дай».