Жан Мари Гюйо

Прекрасно, что человечеству не приходится дожидаться появления совершенной этики, чтобы дать проявиться общественным добродетелям.

Самое оригинальное и одно из самых нравственных чувств нашего века, века науки, это — чувство искреннего сомнения.

Все в природе держится взаимно. Кто знает, для того, чтобы человек мог сделать один шаг к своему нравственному идеалу, не должен ли весь мир двигаться вместе с ним?

Мораль несколько сродни поэзии: нравственная жизнь — это поэма, воплощенная в действительности.

Долг сводится к сознанию внутренней мощи. Внутренне чувствовать, что способен на что-либо, это — сознавать обязанность совершить это.

Даже самые эгоистические, по преимуществу физические, удовольствия, как удовольствие пить и есть, приобретают всю прелесть лишь тогда, когда мы разделяем их с другим.

Истинный вопрос заключается не в том, как произошел человеческий род; важно знать, что такое человек, и в особенности, каким он должен быть.

Потерянный день — тот, на протяжении которого вы ни разу не засмеялись.

Нет возможности всем делать добро, но в отношении ко всем можно проявлять доброжелательность.

Понять лучшее — это уже работать над его осуществлением.

Конечная цель морали должна заключаться в том, чтобы дать наибольшую возможность осуществить идеалы.

Нельзя доверять безусловно той силе мнений, которая основана только на многочисленности их последователей.

Менее нуждаясь в труде, мы лучше поймем его достоинство.

Кто хочет жить для других, не должен пренебрегать собственной жизнью.

Жизнь — это миссия, это труд; представлять себе жизнь как только приятную, это значит унижать её.

Самая возвышенная цель искусства — заставлять биться человеческое сердце, и так как сердце — центр жизни, искусство должно постоянно находиться в теснейшей связи со всей моральной и материальной жизнью человечества.