Небесный тихоход

— Скажите пожалуйста, вас случайно не Татьяной зовут? — Нет. А что? — Да понимаете, обстановка у вас располагающая — письма Онегину писать. — А вы знаете, некогда: летаем много.

Ах, зачем я такой уродился, Или даром я небо копчу, Меня девушки хорошие не любят, А плохих я и сам не хочу.

— Вы на меня такими трассирующими глазками не смотрите. Ничего не выйдет. У меня тут, знаете, броня. Меня пушкой не прошибешь, разве что «Катюшей». — Меня, между прочим, Катюшей зовут.

Дождливым вечером, Вечером, вечером, Когда пилотам, скажем прямо, Делать нечего, Мы приземлимся за столом, Поговорим о том, о сем И нашу песенку любимую споем:

— Скажите, а нет ли у вас чего-нибудь так потише, понимаете, помедленнее? — Есть... «У-2». — Скорость какая? — Пустяки — сто километров. — Ну что же делать? Не возражаю, не возражаю! — Погодите! Товарищ профессор! Товарищ генерал! Что же это получается, а? Я же истребитель! Я по земле ходить не могу пешком — всё бегать хочется! — Бегать-то вам, товарищ, противопоказано! — Ну за что-же? «У-2»! Да я лучше в пехоту! Вы понимаете, что такое «У-2»? Молоко возить! Ну товарищ генерал, ну за что же?!

Мы, друзья, — перелетные птицы, Только быт наш одним нехорош: На земле не успели жениться, А на небе жены не найдешь!

Семён Туча: — И дура та девушка, которая Булочкиным увлечется. Валя Петрова: — Дура! Семён Туча: — Конечно, дура. Валя Петрова: — Дура. Семён Туча: — Дура. А... кто дура? Валя Петрова: — Я дура.

Прошу присаживаться. Стулья гостям и кресло мне.

— А вот это надо бросить, голубчик мой... Решительно бросить. Недавно, знаете, бросила. — А разве не тянет? — Тянет, голубчик, тянет. А вот вам надо бросить!

Я думала, вы — ас, а вы у-двас?

Семён Туча: — Ну вот, однажды, летим мы... Тот есть, я лечу на истребителе со своими двумя героическими бортмеханиками с бомбёжки. Как вдруг из-за тучки... [изображает звук мотора] Булочкин: — Хенкель. Семён Туча: — Похож, да? Булочкин: — Очень. Семён Туча: — Вот он самый! И вот такая бяка летит на меня. А у меня все полсотни бомб, в две тонны! В дороге ещё вышли! Отбиваться нечем, понимаете положение? Тогда я делаю шасси, капот с правым иммельманом и захожу ему в хвост. Как рубанул его! Булочкин: — Ножом? Семён Туча: — Элероном! Булочкин: — Ну и что же? Семён Туча: — Ну и хвост обрубил. Валя Петрова: — Ну а он? Семён Туча: — Кто? Бяка? А он летит. Булочкин: — Ну и что же? Семён Туча: — Ну, подожди, думаю... Тогда я делаю пике с набором высоты и подлетаю. Рык! Так весь фюзеляж вдребезги! Валя Петрова: — А он уже... Семён Туча: — Чёрт его знает! Летит! Булочкин: — Ой, как интересно! Семён Туча: — Страшно! Валя Петрова: — Вот если бы у вас ещё пушечка была, такая, как вы мне «отливаете», Вы бы его сразу сбили!

Легче Медного всадника в ЗАГС свести, чем одного из нас.