Полёт Феникса (Flight of the Phoenix)

— Я возьму карту, пойду по ней. — Эта карта у пилота давно, а дюны постоянно перемещаются. Расчеты имеют погрешность процентов в двадцать. Но даже имея погрешность один процент, ты пройдешь мимо Лангуна. Пройдя триста километров, ориентируясь по звездам, ты даже не будешь знать, что проскочил Лангун. — Будешь ходить по кругу. Ты правша, значит правая нога у тебя развита лучше, чем левая, шаг у неё шире. — Забудьте о моем предложении. Ваша взяла. — Вопрос, не в том чья взяла, а в том как выжить.

— Лангун в паре сотен километров отсюда, я могу дойти, я в хорошей форме, участвовал в трех марафонах по Мухабе. — Подряд надеюсь? Пешком туда не дойти. Ты не знаешь пустыни. Это тебе не курорт Мухабе, а пекло Гоби. К твоему сведению, июль самый жаркий месяц в Гоби. Выпиваешь литр воды, а с тебя испаряется с потом шесть. — Ночью буду идти. — Иначе нельзя. Ночью температура опускается до нуля. А как ты будешь держать курс? — По компасу... — Там, за этими дюнами, находится на пути мощный горный хребет, залежи железной руды. Ты видел, как компас танцует? Стрелка крутится как юла.

— Как всегда, господин президент, перед стартом проведём нашу обычную проверку. Пройду по списку: Ремни? — Я просто сгораю от нетерпения. О да, я обожаю, когда меня так обнимают. — Люди сидят, люки и двери закрыты. — Не бойся, нас никто не побеспокоит. — Топлива достаточно? — Моника обещала подкачать. — Сегодня, взлёт особый. Гироскопы? — На взводе. К работе готовы. Ждём только тебя. — И наконец, давление масла? — Лучше не бывает. К взлёту готовы, поцелуй свой талисман. — Ты сегодня не брит.

— Я о вас наслышана, чистильщик Таунс. Думала, вы другой. Мы не допускали промахов. — Знаете, за свои ошибки надо расплачиваться. В компании считают иначе, промахи ваши их достали. Ты проиграл десять баксов, она рыжая. — Вам нравится этим заниматься? — Келли, знаете, что мне не нравится? Когда мне пудрят мозги и мешают делать мою работу. Сворачивайте оборудование, собирайте бригаду и загружайтесь в самолёт. Между прочим, по прилёту в Пекин вас уволят. Удачного дня.

— Келли, эти трубы, они очень ценные? — Вовсе нет, они старые, не нужных хлам. — Оборудование тоже старое. Я считаю, что помощь не прилетит за нами. — Не болтайте чепухи. Помощь придёт. Я в этом уверен, корпоративная ответственность, друг мой. Нас уже повсюду ищут, надо подождать. — Ты ведь сделал анализ рентабельности и рекомендовал закрыть нашу буровую. И они сделают то же самое, прежде чем начать искать нас. Скорее всего. — Не обманывайтесь, нас забросили сюда бесплатно, попутной развалюхой, и забирали на этой доходяге...

— Как всегда на буровых скважинах собираются отбросы общества. Кто это связывал? Дамочки, угомонитесь. Рассаживайтесь дамочки. — И меня попробуешь пихнуть? Не ты лишился работы. — Из-за вас мне пришлось лететь в эту дыру и подчищать весь этот мусор. Счастливого полёт, дамочки.

— Шансов мало, что нас найдут. Я не даю ложных надежд. — Может, лучше построить самолет? Многие люди всю жизнь проводят в несбыточных мечтах и надеждах, и держатся за них. А в такие моменты надежда необходима. — Я что, похож на человека, который умеет мечтать? — Нелегко поверить, что человек, который умеет летать, не умеет мечтать. — Зачем мне обнадеживать их? Каждый день работы будет приближать их смерть. — А так они что, выживут? Человеку в жизни нужно только одно, чтобы было кого любить. Если этого нет у них, хотя бы дай надежду. А если не можешь дать надежду, позволь им чем-нибудь заняться. А я и так знаю, у меня есть семья, я не могу их подвести. Они надеются на меня...