Умница Уилл Хантинг (Good Will Hunting)

Сложная теорема — это как симфония, она эротична.

— Эта девушка такая красивая, очень умная, весёлая. Она отличается от всех девчонок с которыми я был, и очень... — Так позвони ей, Ромео. — Зачем? Чтоб понять, что она не такая и умная, чтоб понять, что она скучна? Пока она для меня совершенство. Я боюсь разрушить это. — Может, ты сейчас совершенен. Может, ты это боишься разрушить?

— Почему он прячется? Почему он никому не доверяет? Да потому что он был брошен теми людьми, которые должны были любить его больше всех. — Не лезь ко мне с этим Фрейдовским дерьмом! — Выслушай, Джерри. Почему он общается с этими тупыми образинами? Да потому что любой из них башку тебе пробьет за него. Это называется преданностью. — Очень трогательно. — Это не влияние. Он сам отвергает тех людей, прежде чем они подумают бросить его. Это механизм защиты и всё. Из-за этого он был одинок все свои 20 лет. Это будет снова и снова. Я не хочу чтоб такое с ним произошло снова.

Во время шторма любой порт подойдёт.

Мы всегда должны выбирать, кого впускать в наш маленький мир. Ты тоже несовершенен. Эта девушка, которую ты встретил, — она тоже несовершенна. Главное в том, совершенны ли вы друг для друга.

Если пациент не уверен, что может доверять тебе, тогда он не будет честен с тобой. Тогда его нет смысла лечить. То есть если он тебе не верит, то вы никогда не переспите с ним. А это должно быть целью любого психотерапевта.

Если я спрошу тебя о любви, ты процитируешь мне сонет, но никогда ты не смотрел на женщину и не был полностью уязвим. Ты не знал женщину, с которой тебе хорошо. Ты не чувствовал себя так, будто Бог специально для тебя послал на землю ангела, который спасёт тебя от глубин ада. И тебе неизвестно, что значит самим быть ангелом для неё. Так же сильно любить её, пройти с ней через всё, через рак. Ты не знаешь, каково спать в больнице на стуле два месяца, держа её за руку, потому что врачи видят по твоим глазам, что часы посещения — правила не для тебя. Ты не знаешь о настоящей потере потому, что такое можно понять, лишь когда любишь кого-то.

Ты прав, Уилл, я не могу этого доказать, а ты можешь. Лучше бы я тебя никогда не встречал. Мне не пришлось бы шастать со знанием, что есть кто-то такой, как ты. И мне не пришлось бы смотреть, как ты раскидываешься. Это безумие — закапывать талант.

— Тебя тоже уволили. — Я попал под сокращение. — Да. Сокращение безмозглых кретинов, которые плохо работали.

— Это мой билет в рай. — Ты знаешь, какова вероятность выигрыша? — Четыре к одному? — 30 миллионов к одному. — И всё же у меня есть шанс. — Да, есть. Но он не больше, чем шанс быть убитым молнией прямо здесь, в коридоре.

— Знаешь, я как-то летел в самолёте, и тут пилот сообщил: Наш полёт проходит на высоте... И так далее. А потом забыл выключить микрофон... ...повернулся ко второму пилоту и сказал: Больше всего мне бы хотелось сейчас кого-нибудь трахнуть и ещё чашечку кофе. Ну стюардесса рванула в кабину, чтобы сказать им что микрофон включен. А парень с заднего сиденья ей кричит: «Эй, кофе не забудь!». — Ты когда-нибудь летал на самолёте? — Нет, это долбаная шутка. Но её лучше рассказывать от первого лица.