28 сентября 2026, понедельник
Раздел

Великая красота (La grande bellezza)

32 цитат

Аристократки, нувориши, политики, преступники высокого полёта, журналисты, актёры, декаденствующие отпрыски благородных семейств, священники, художники, подлинные или мнимые интеллектуалы… Всех их поглощает современный Вавилон, пока они ткут канву непрочных взаимоотношений, предаваясь суетной жизни на фоне старинных дворцов, огромных вилл и великолепных террас. Все они здесь, и никто не предстаёт в выгодном свете. Апатичный и разочарованный 65-летний Джеп Гамбарделла, писатель и журналист, не расстающийся со стаканом джина с тоником, наблюдает за этим парадом влиятельных, но пустых и потерянных людей, которые производят на него гнетущее впечатление. Головокружительная картина потери нравственных ориентиров разворачивается в атмосфере великолепного и безразличного римского лета. Вечный город подобен умершей диве.

Год
2013
Страна
Италия, Франция
Жанр
драма, комедия
Я искал большую красоту и не нашел. <...> Всё всегда заканчивается ею, смертью, но сначала была жизнь и бла-бла-бла, всё происходило под болтовню и шум. Тишина, чувства, переживания и страх — легкие и беспорядочные вспышки красоты, а потом нищета несчастного человека и всё это под покровом смущения от существования в этом мире.
Когда я приехал в Рим в возрасте 26 лет, я очень быстро преуспел. Даже не прилагая усилий, я оказался среди тех, кого именуют богемой, но я не хотел быть просто представителем высшего света. Я хотел быть королем. И я им стал. Мне этого было мало, я хотел иметь власть испортить любую вечеринку.
Выделяешься неделю, а дальше растворяешься в посредственности.
Знаешь, величайшей мечтой Флобера было написать роман ни о чём. Жаль, он не знал тебя — превосходная вышла бы книга.
— Не относись к этим писателям так серьёзно. — А к чему мне тогда серьёзно относиться, если не к Прусту? — Ни к чему, кроме меню, конечно.
— Паровозики на наших вечеринках лучшие в Риме. — Лучшие? — Да. Они лучшие, потому что они никуда не едут.
— Я повенчана с бедностью. О бедности не говорят. В ней живут. — Какие верные, справедливые слова! Могущественные.
— Вы знаете, почему я ем только корешки? — Нет. Почему? — Потому что корни — это важно. [улыбается]
— Деньги, ей вечно нужны деньги! Не понимаю, какого чёрта она с ними делает. — Наркотики? — Если бы! По крайней мере, у нас было бы хоть что-то общее. Нет, она даже пива не пьёт. — Куда она их спускает? — Загадка. Постоянно без гроша...
— Почему ты назвала меня Джеппино? Меня уже сто лет никто так не называл. — Потому что иногда нужно давать своему другу возможность почувствовать себя ребенком.
— Доддина · фильм
— Что вы читаете? — Мне не нужны книги, я живу вибрациями скорее экстрасенсорными. — Оставим на время экстрасенсорику. Что вы имеете в виду под словом «вибрации»? — Как можно описать поэзию вибрации при помощи банальных слов? — Не знаю, попытайтесь. — Я художник, ни черта я не обязана объяснять. — Ладно, я напишу так: «она живёт вибрациями, но не знает, что это такое»...
Похороны — это светское мероприятие по большей части. На похоронах вы как на сцене. Нужно терпеливо ждать, когда рассеется толпа вокруг родственников. И только тогда, когда ты убедишься, что все гости заняли свои места, только в этот момент можно подойти и выразить соболезнование. Таким образом, тебя заметят все. Берешь руки скорбящего в свои и не выпускаешь их. Шепчешь на ухо разный вздор, что-нибудь утешительно-обнадеживающее. Ну например: «В те дни, когда почувствуете пустоту вокруг, знайте — вы всегда можете на меня рассчитывать».
Никогда не плачь на похоронах. Не кради сцену скорби у родственников. Это недопустимо. И аморально.