Я соблазнила Энди Уорхола (Factory Girl)

— Ты бы хотела сняться в моем фильме? — А что мне нужно будет делать? — Просто быть собой. — Какой именно?

— Что вы думаете о вьетнамской войне? — Мы смотрим другой сериал.

Идешь у мира на поводу, а внутри у тебя пусто, как в одной из этих банок. До встречи, суперзвезда.

В 60-х я знал одну особу, которая вызывала у меня восхищение. Полагаю, это восхищение было наиболее близким к некоему проявлению любви.

— Ваши фильмы называют порнографией. — Как мило...

Я не хочу взваливать на кого-то вину. Я все решила сама и горько жалею об этом. Но я чувствую в себе силы...

Она прекрасная девушка, а теперь словно захотела стать уродкой. Я не понимаю, как можно хотеть такое? Как можно удержать человека от чего-то, если он сам того не хочет?

Милая, ты ничего не смыслишь в жизни. Открой глаза, мир не заканчивается в Парк Авеню.

— Ты такая классная, почему мы так мало общаемся? — Это из-за губ. — Из-за губ? — Да, моим не в пору целовать зад Энди Уорхола.

— Интересно, будут ли нас помнить? — Что, после смерти? — Да. — Пожалуй, о тебе скажут, что ты изменил мир. — А что напишут в твоем некрологе? Хм..чудное слово. — Думаю, ничего хорошего. — Да ну брось! Навреное, Эддит Минтерн Седжвик — прекрасная актриса, художница... — ...и сумасшедшая! — Запомнилась миру тем, что подожгла его.. — ... сбросив тяжкие семейные оковы. — Она водила дружбу с кем попало. — За ней тянулся длинный шлейф хаоса, она разводилась столько же раз сколько и выходила замуж, и оставила после себя лишь надежду на лучшее.

Мы хотим снять плохой фильм. Но сделать это хорошо.

Никто сейчас не делает ничего подобного. Одно это уже признак гениальности.

— Тебя считают вульгарной. — Вульгарной? Как же? — Поверь, было бы хуже, если бы тебя считали скучной.

Мне следует больше экономить на одежде. Знаешь, я даже белье носить перестала.

Надеюсь, я умру первым, в противном случае я сильно расстроюсь.

— Как думаешь, может удастся Фаззи растормошить? — Что ты? Твой отец такой правильный, что даже в душе не писает.