Я думаю, ты не считал себя Богом, Ты просто хотел наверх, Резонно решив, что там теплей, чем внизу. И мне любопытно, как ты себя чувствуешь там теперь Теперь, когда все брёвна в твоём глазу.
Здравствуй, моя смерть, Я рад, что мы говорим на одном языке. Мне часто нужен был кто-то, кому все равно, Кто я сейчас, Кто знает меня и откроет мне двери домой; Учи меня в том, что может быть сказано мной. Учи меня — слова безразличны, как нож.
Но будь ты хоть «Роллс-ройс», всё равно стоять в пробке. Даже в русском музее не забаррикадироваться от красоты, Это не важно, если кто-то завладел твоим сердцем, В моём случае мне кажется, что это ты, Мне до сих пор кажется, что это ты.