Александр Дольский

Когда тебе опять и пусто и печально, В глазах покоя нет, а в мыслях высоты, Ты вспомни, что в тебе нет боли изначально, А только трение мечты и суеты.

Счастье есть не в удовлетвореньи, а в способности страстно желать.

Многое, многое могут простить нам любимые наши, больше, чем Бог нам простит и позволит нам совесть.

Жестоки чувства одиночества и жажды, но страшно — если ты к ним вовсе не привык.

Я глуп, и потому невзгоды, неудачи Прощаю сам себе, как выигранный бой. Не стану я кроить свою судьбу иначе, На темы умные не рассуждаю сам с собой.

Я глуп, и потому молчу, не возражаю, Когда меня винят и вешают ярлык. За почести и чин не дал бы ни гроша я. Люблю я только то, к чему давно привык.

Я глуп, и потому не вижу в наслаждениях Ни цели жизни и ни забытья, И не меняю я ни жён, ни убеждений, Я глуп, и потому, наверно, честен я.

Я глуп, и потому я многим непонятен, Интеллигент к стереотипам так привык. А в логике моей так много белых пятен, Что умники со мной становятся в тупик.

Я глуп, и потому по лужам допоздна я Брожу, не замечая улиц и дворов. Что вижу я во сне? Как объяснить — не знаю. Не видят умники таких прекрасных снов.

Так хочется, пока живёшь на свете, Наслушаться прибоя и скворцов, Настроить фантастических дворцов И не бояться быть за них в ответе. На громкие слова, слывя скупцом, Не замечать…

Чтобы у костра пропахнув дымом эту песню тихо напевать... А еще хочу я быть любимым и хочу, чтоб не болела мать.

А ветры закружили, завертели листву и закачали сосняком, но ласточки еще не улетели, и даже люди ходят босиком.