Третьи сутки идём. Солнце палубу греет. Не поход боевой, а шикарный круиз. И расслабился транспорт, навалился на леер, Что с гражданских возьмёшь? Только я не турист. Я-то знаю, чего тишина эта стоит, Я готов каждый миг опознать их дозор. Аппараты на «товсь!», я — корабль конвоя, Я-то знаю, что значит подставить свой борт.
Впереди океан... Командир мой спокоен - Безрассудство и риск у него не в чести. Позади караван, Я — корабль конвоя, И обязан свой транспорт домой довести. А мне тесно в строю, и мне хочется боя, Я от бака до юта в лихорадке дрожу. Но приказ есть приказ: я — корабль конвоя. Это значит, себе я не принадлежу.
Громом сотен стволов салютует мне база, Обознались, наверно, я ведь шёл, как овца. В море я за врагом не погнался ни разу И в жестоком сраженье не стоял до конца. Кто спасёт мою честь? Кто их кровью умоет? Командир, я прошу, загляни мне в глаза. И сказал он в ответ: «Ты — корабль конвоя. Мы дошли, значит, этим ты всё доказал!»
