Ну, а мы, ну, а мы, педерасты, Наркоманы, нацисты, шпана! Как один социально опасны, И по каждому плачет тюрьма. Мы пена в мутном потоке Пресловутой «Красной Волны». Так об этом пишут газеты, Газеты всегда правы. Всё это рок-н-ролл!
Моё солнце горит на стыке ветров — границе семи холмов, Моё небо дождём опрокинули вновь тени пяти углов, Сколько троп и дорог для меня заплелись в одну, Я иду по своей земле к небу, которым живу.
А народ в тех краях В мути-темени чах. И не сразу, не вдруг, но забыл, Что жил иначе. В хороводе ночей Стыло пламя очей, И со временем в тех краях Не осталось зрячих.
За бугром куют топоры, Буйные головы сечь, Но инородцам кольчугой звенит Русская речь. И от перелеска до звезд Высится Белая рать. Здесь, на родной стороне Нам помирать.
А мы всё молчим, да всё не можем понять, Как слyчилось так, что всех нас взяли вpасплох? Мы же знали жизнь, мы могли ей игpать, А тепеpь бpедем за повелителем блох.
Когда тень превратится в дух, Когда пламенем станет взор, На заре промолчит петух, Принимая зарю в укор. Успокоится плачем страх, Растворится в любви вина, И оттает душа в слезах, Понимая, что прощена.