Грянул майский гром и веселье бурною, пьянящею волной Окатило. Эй, вставай-ка и попрыгай вслед за мной. Выходи во двор и по лужам бегай хоть до самого утра. Посмотри как носится смешная и святая детвора.
Вопрошаем отцов, но не легче от стройных речей. Не собрать и частичный ответ из подержанных фраз. Их тяжелая юность прошла вдалеке от вещей, Тех, которые так переполнили доверху нас.
Играй, как можешь сыграй. Закрой глаза и вернись. Не пропади, но растай, Да колее поклонись. Моё окно отогрей, Пусти по полю весной. Не доживи, но созрей, Ты будешь вечно со мной.
Третью жизнь за рулем, Три века без сна Заливает наши сердца серым дождем, И кажется все: По нулям кислород и бензин, И с кем-то она, Но все-таки знай — ты не один...
Не стреляй в воробьев, не стреляй в голубей, Не стреляй просто так из рогатки своей! Эй, малыш, не стреляй и не хвастай другим, Что без промаха бьешь по мишеням живым. Ты все тиры излазил, народ удивлял, Как отличный стрелок призы получал, Бил с улыбкой, не целясь, навскидку и влет, А кругом говорили: «Вот парню везет!»
И случилось однажды, о чем так мечтал - Он в горящую точку планеты попал, А когда наконец-то вернулся домой, Он свой старенький тир обходил стороной. И когда кто-нибудь вспоминал о войне, Он топил свою совесть в тяжелом вине. Перед ним, как живой, тот парнишка стоял, Тот, который его об одном умолял:
Все против тебя, это дьявольский мир, Все против тебя, это ветры кричат. Куда же ты, стой, ведь не поздно назад, Но дерзок и свят твой прищуренный взгляд.