Холодная комната стала теплой; я никуда не пропал, Не завязывал, я уходил за опытом. Когда-то что написано, стало кому-то близко — Это согревало, и я снова брался за лист.
Сколько таких, как ты, хотели ворваться, Чтобы остановить навеки процесс их кастрации. Сколько сил потрачено, оно многого стоило, Но свобода не нужна полюбившим стойло.
На пару дней в году рай становится тесным, Реальность — до тошноты бессмысленной и пресной. И вы, как всегда, столкнувшись с неизвестным, Все списываете на погоду и стрессы.
А что, если я пережил бы всех кого знаю, кого так люблю? И меня бы держала Земля на себе, нестареющим попросту? В человеческом сроке увидел бы самый надежный уют И молил бы, чтоб мне подарили эту волшебную магию возраста.
Глубоко в крови печаль, русская, природная, Тянут со мною в унисон звезды над огородами. Через форточку грусть улетала с дымом, За форточкой зима — хозяйка и страна нерушимая.