Она шепчет мне, что в этот раз все сделает сама. Скрипит кровать, она захотела ее сломать. В язык тела превращаются ее слова. Мне нравиться, что я могу быть с ней нагловат.
Я не раз был среди тех, кто несет гроб на кладбище, И мне было тяжелее других пятерых. Во-первых, он не просто друг, он же мне брат еще, А, во-вторых, я просто ростом выше остальных.
Меня на пол, в лопатку дуло АК, Ты плачешь, а я даже не могу подать платка. Тушь потекла, говорят, водостойкая — врут! Отнести завтра в «Л'Этуаль», пусть вернут.