Ты меня прости, я не хотел тебя терять, но я теряю сам себя. Выбились из сил и не сумели ни поднять, ни даже просто разглядеть. На застывших улочках, в осунувшихся окнах, на тоскливых площадях Нету ни души, лишь кто-то жалкий и смешной, ещё пытающийся петь.
