Наутилус Помпилиус

Здесь нет негодяев В кабинетах из кожи, Здесь первые на последних похожи. И не меньше последних Устали, быть может.

Черный Ангел печали, давай отдохнем! Посидим на ветвях, помолчим в тишине, Что на небе такого, что стоит того – Чтобы рухнуть на камни тебе или мне?

Первая любовь была слепа, Первая любовь была как зверь; Ломала свои хрупкие кости, Когда ломилась сдуру в открытую дверь.

Она зажигает спичку от спички, Она не знает, как это опасно. Она раздувает огонь по привычке, Хотя всем ясно — пламя погасло.

Я брал острую бритву И правил себя.

Негодяй торгует на рынке пером И пухом из ангельских крыл. А ангел летит высоко-высоко Такой же крылатый, как был.

Капитан, все акулы в курсе, что мы скоро пойдем ко дну.

Она читала мир, как роман, А он оказался повестью.

Одинокая птица, ты летаешь высоко... И лишь безумец был способен так влюбиться. За тобою вслед подняться, За тобою вслед подняться, Чтобы вместе с тобой разбиться...

Есть одна любовь — та, что здесь и сейчас, Есть другая — та, что всегда. Есть вода, которую пьют, чтобы жить, И есть живая вода.

Моя жизнь как вокзал, этот хлам на полу - Память о тех, кто ждал свои поезда.

Здесь сброшены орлы ради бройлерных куриц.

Здесь можно играть про себя на трубе, Но как не играй, всё играешь отбой.

Видишь там, на горе, возвышается крест? Под ним десяток солдат. Повиси-ка на нём. А когда надоест, возвращайся назад, гулять по воде, гулять по воде, гулять по воде со мной.

Я не спрашиваю, сколько у тебя денег, Не спрашиваю, сколько мужей. Я вижу — ты боишься открытых окон И верхних этажей.

Я спускался в трюм, Я беседовал там С господином — начальником крыс. Крысы сходят на берег В ближайшем порту В надежде спастись.