Солнце сносит крышу, только настаёт весна; С веток капает на землю талая вода, У меня в штанах как будто ракета, Готов улететь на другую планету. Но я в плену твоих зелёных глаз, Могу лишь мечтать не о «тебе» и о «себе», а о «нас». Не хочется кушать, не хочется пить, Лишь хочется на фото твое... хм-хм... смотреть.
Весна уже другая, другие правила игры. Подумай, прежде чем покинет Звук уста твои. Задумайся, ведь ты когда-то был другим, Пока твой мозг не поглотил злосчастный эндорфин, И все пошло — как полагается — наперекосяк. Ну ладно, поступай как знаешь, Если твоя жизнь — пустяк...
Доносится крик из глубин френдзоны: «Я знаю, ты лучшая, это лишь закидоны!» Когда-нибудь он поймет, развернется и уйдет, Оставив тебя наедине с ордой твоих забот.
Я мастер упускать момент, а потом писать песни. Конечно, это больно, но тем интересней. И ты услышишь этот текст и ничего не поймёшь, Включишь другую тему и дальше пойдёшь. Возможно, сейчас, пока я пишу эти слова, Ты смотришь перед поцелуем кому-то в глаза, А я всё представляю, как мы с тобой в танце кружимся. Поверь, уж лучше мы не подружимся.
Слова больше не лезут в горло; Ну, хватит ныть, с меня довольно. И я хотел бы эту песню никогда не петь, Но все же нужно куда-то это деть. Потом вновь закрою сердце в клетку, Буду смеяться над людьми, как обезьяна с ветки. Я буду вновь опустошенный, и на весь мир злой, Что в моём случае и значит «быть собой». А по-другому б не было, как ни крути, Мне выпадают только сложные пути. И цели нет, и некому помочь идти... Но ты могла бы меня ими провести.
Неужели мама была права, А я ошиблась - «Не важны красивые слова, Важна стабильность»? Где же, милый мой, скажи теперь, Твои фанаты? Вместо гонорара я за жильё Плачу со своей зарплаты.
Ты был рок-звездой, А теперь — продавец-консультант. А я за плитой Оплакиваю твой талант, И слёзы кипят на сковороде. Ну зачем ты улыбнулся мне тогда, В 17 лет, Когда я была ещё так молода...
Раньше я хотел быть героем, Переписать отведённые роли. Люди бы мне хлопали стоя, Вся земля знала бы, кто я. Раньше я хотел быть героем, Все равно — избранным или изгоем. Надежд обычно поровну с горем, Собери их и выброси в море.
Напомни мне, зачем мы Проживаем эти дни? Словно книги, что на полках Годами собирают пыль, Мы мечтаем — нас откроют, На страницах найдут хоть какой-то смысл. Я надеюсь, невозможно Бесконечно нестись по течению вниз.
Я начитанный, прикольный И в любой сфере ас. Если с геями тусуюсь, говорю — один из вас. Если рядом технари, То я продвинутый эксперт В галереях и музеях, Говорю всем, что эстет.
А знаете что? Я тоже качался, Гантели таскал, во всех местах напрягался. Я бросил пить и начал правильно кушать, Изо всех сил дрался с боксерскою грушей. Но как только я шел спать, О Боже, как же я хотел жрать! Не заменит мне еду ни спортзал, ни Кунг-Фу, Ни даже лучший секс. Жрать! Боже, как же я люблю Жрать! Жрать! И пивом мясо запивать. Жрать! Ночами тортики топтать; Жрать! Жрать! И «Колой» глотку заливать.
Клею на себя объявление, Что нуждаюсь в девичьей ласке, И встану на центральном проспекте, Буду строить девушкам глазки. Ну пожалейте Олежку, скромного джентельмешку. Возьмите его к себе на ночь, он порадует вашу пельмешку.