Владимир Высоцкий — Письмо из сумасшедшего дома

Уважаемый редактор, может лучше про реактор? Про любимый лунный трактор, ведь нельзя же, год подряд - То тарелками пугают, дескать, подлые, летают, То у вас собаки лают, то руины говорят.

Взвился бывший алкоголик, матерщинник и крамольник, Говорит, надо выпить треугольник, на троих его даешь, Разошелся, так и сыпет, треугольник будет выпит, Будь он параллелепипед, будь он круг, едрена вошь!

С уваженьем, дата, подпись, отвечайте нам, а то, Если вы не отзоветесь, мы напишем в «Спортлото»!

Дорогая передача, во субботу, чуть не плача, Вся Канатчикова дача к телевизору рвалась. Вместо чтоб поесть, помыться, уколоться и забыться, Вся безумная больница у экрана собралась.

Тех, кто был особо боек, прикрутили к спинкам коек, Бился в пене параноик, как ведьмак на шабаше: «Развяжите полотенцы, иноверы, изуверцы, Нам бермуторно на сердце и бермутно на душе!»

Мы не сделали скандала, нам вождя недоставало! Настоящих буйных мало, вот и нету вожаков!

Он то плакал, то смеялся, то щетинился как ёж. Он, гад, над нами издевался! Ну сумасшедший, что возьмешь?

И нам осталось уколоться и упасть на дно колодца, И там пропасть на дне колодца, как в Бермудах навсегда!

Все почти с ума свихнулись, даже кто безумен был, И тогда главврач Маргулис телевизор запретил.

Это их худые черти мутят воду во пруду. Это все придумал Черчилль в восемнадцатом году. Мы про взрывы, про пожары сочиняли ноту ТАСС, Но тут примчались санитары и зафиксировали нас.