Ипполит Матвеевич сложил дела, спрятал в ящик войлочную подушечку, распушил гребенкой усы и уже было, мечтая об огнедышащем супе, собрался пойти прочь, как дверь канцелярии распахнулась, на пороге ее появился гробовых дел мастер Безенчук. - Почет дорогому гостю, — улыбнулся Ипполит Матвеевич. — Что скажешь? Хотя дикая рожа мастера и сияла в наступивших сумерках, но сказать он ничего не смог. - Ну? — спросил Ипполит Матвеевич более строго. - «Нимфа», туды ее в качель, разве товар дает? — смутно молвил гробовой мастер. — Разве ж она может покупателя удовлетворить? Гроб — он одного лесу сколько требует… - Чего? — спросил Ипполит Матвеевич. - Да вот «Нимфа»… Их три семейства с одной торговлишки живут. Уже у них и матерьял не тот, и отделка похуже, и кисть жидкая, туды ее в качель. А я — фирма старая. Основан в тысяча девятьсот седьмом году. У меня гроб — огурчик, отборный, любительский...
Лукан: — Дуэль? Что, со всеми сразу? Очень благородно... Шарль д’Эвре: — Вы можете выбрать. Но помните, что мерзавцем вас назвал я! Ипполит Зуров: — Пардон! Но по морде-то ему дал я! <...> Лукан: — Стреляться так стреляться. Условия: дуэль будет только одна, с тем, кого выберу. Если останусь жив, никаких повторных вызовов. Ипполит Зуров: — Не бойся, не останешься.
