— Можно ненавидеть напарника на вёслах и всё равно грести нормально, — сказал Эрик.

– Вместе навсегда. Эти слова для меня также важны, как раньше. – Ты всегда будешь моим братом, и я не перестану любить тебя. Но пришло моё время жить и умирать так, как я хочу... а не так, как хотите вы с Ником.

О какой свободе вы говорите? Где это слово? Вы сами не свободны, — а это навсегда. Вы хотите сказать от себя — вы ничего не можете сказать от себя. Вы только от лица той же власти сказать можете.

— Позвонил! — Володька? Сам? Первый? — Сказал, что всё равно меня любит, готов простить и вернуться. — Да ты что... — А еще звонил Гоша... Сказал, что от жены ушёл... — Ничего себе. — А ещё Максим звонил своему агенту, чтобы тот снимал нам квартиру.. — И что ты теперь будешь делать? — Не знаю... никого из них видеть не хочу... ни-ко-го...