К какому богу дерзала она взывать? Если бог столь могущественный, чтобы противиться любви? Тщетно прибегает она теперь к помощи извне: ныне я одни властен над её судьбой.

Любовь столь безнадежно мертва, что теперь принято говорить: «Как-то странно я себя чувствую», чтобы не дай бог не вырвалось «я тебя люблю».

Любовь без Бога ничего не значит, это всего лишь обычная страсть.

Кажется, заболела. И мне лекарство необходимо как Марсу «еда богов», катится по стеклу огонек бенгальский, а на столе со мной лишь одно «Коварство…» ну «…и любовь».