Вера в неизвестное подобна вере мужу — иногда другого не остается.

Работа не приносит мне удовольствие. Мне даже странно, что когда-то я считал её для себя всем. Вернее, она заменяла мне всё. Вернее, всё было в ней. Было. Работа осталась, а всё, что её наполняло, умерло. Или ушло. Или переродилось. Вот и верь диалектике. Содержание исчезло, а форма осталась. Она даже не стала другой. Она осталась как старый дом, из которого уехали люди.

Историк, который знает полную историю — фантаст.

Любовь, как шторм, отбушевала. То, что осталось, как назвать? А где-то у других причалов всё продолжает бушевать.