У нас с ним ничего не выйдет. Слишком много свидетелей нашей прошлой жизни. Которые так и норовят снова стать свидетелями прошлого. Только теперь нашего. Совместного.
У нас с ним ничего не выйдет. Слишком много свидетелей нашей прошлой жизни. Которые так и норовят снова стать свидетелями прошлого. Только теперь нашего. Совместного.
Как только мы добиваемся, наконец, ясности мысли, силы разума и что-то начинаем уметь и знать, знать и понимать — нас приглашают на кладбище. Нас убирают как опасных свидетелей, как агентов контрразведки, которые слишком много знают.