Меня вдруг осенило, что все люди – все женщины – не такие, как я. Они умеют чувствовать, а я – нет.

Я не буду больше вам верить. Я закрою все окна, я закрою все двери. Люди, вы или стадо, но я ухожу, и просто так надо.

Обругает какая-нибудь сволочь — рана, другая сволочь похвалит — еще рана, душу вложишь, сердце свое вложишь — сожрут и душу и сердце. Мерзость вынешь из души — жрут мерзость. Они же все поголовно грамотные! У них у всех сенсорное голодание. И все они клубятся вокруг, и все требуют: Давай, давай!

У большинства людей душа превратилась в испуганное бесправное существо, которое забилось в угол и с грустью наблюдает за тем, что вытворяет оголтелый ум.