— Зачем ты здесь? — Я хотел увидеть тебя. Я чувствую себя опустошенным. Я боюсь, что если продолжу сражаться, то причиню всем еще больше боли. Раньше я мог идти вперед лишь потому, что со мной всегда было твое чуткое, доброе сердце. — И ты пришел только для того, чтобы сказать это?
Молодицы выли от горя, уходя в дом мужа, и это тоже казалось странным. Разве могла девка, идя за милого, заливаться слезами и обнимать порог родительского дома? Да, всем было велено выплакивать слёзы до замужества, но, судя по всему, и после приходилось горько. И зачем тогда идти, если можно остаться?
