29 июля 2026, среда

Мир всегда немножко рушится. <...> Если б он только и делал что рос, то давно разлетелся бы, как Вселенная после Большого Взрыва.

Сергей Палий

Изнанка
Изнанка
2 цитат
Сергей Палий
Сергей Палий
11 цитат

Сергей Викторович Палий — российский писатель-фантаст, актёр, журналист, сценарист, фотограф. ... Лауреат жанровых фантастических премий «Старт» и «Серебряный кадуцей». С 1994 по 2000 год — лауреат множества областных (Самарская область) и всероссийских фотоконкурсов.

Рысцов
2 цитат

Похожие цитаты

Некоторые люди думают, что большой взрыв – это объяснение того, как возникла Вселенная, но это не так. Большой взрыв – это теория о том, как Вселенная эволюционировала за долю секунды после того, что привело её к существованию.
Что было до большого взрыва? Дело в том, что не было никакого «до». До большого взрыва время не существовало. Рождение времени — результат расширения вселенной. Но что будет, когда вселенная перестанет расширяться и движение пойдёт в обратную сторону? Какой тогда будет природа времени? Если теория струн верна, во вселенной есть девять пространственных измерений и одно временное. Можно предположить, что в начале все измерения были переплетены. А после большого взрыва выделились три известных нам — высота, ширина и глубина. И ещё одно временное измерение, известное нам, как время. Остальные шесть остались в зачаточном и перекрученном состоянии. Если мы живём в мире перекрученных измерений, как же мы отличаем иллюзию от реальности? Мы привыкли, что время движется только в одном направлении. Но что, если одно из других измерений не пространственное, а временное?
Немо Никто · фильм
– Кадербхай говорил, что если начиная с Большого взрыва делать снимок Вселенной раз в миллиард лет, то станет заметно ее усложнение. Этот феномен – постоянное движение к усложнению от Большого взрыва до настоящего момента – представляет собой неизменную характеристику Вселенной в целом. А если тенденция к усложнению определяет всю историю Вселенной… – То она же является и прекрасным определением добра и зла – объективным и универсальным, – закончил Идрис. – Все, что стремится к усложнению, – добро, все, что противится усложнению, – зло. – И простым критерием нравственности служит вопрос: «Если бы все в мире делали то, что делаю или собираюсь сделать я, привело бы это к усложнению или нет?»