Внутренне я был одинок, но это меня не пугало — общение с близкими было равнозначно одиночеству. У меня рано появился свой внутренний мир, и мне было интересно жить в нем.
Всем моим произведениям не хватает одного — умения, когда я что-то закончил, спросить: для чего всё это я извлек на свет7 Чего я хочу? Я не занимаю определенной позиции, я не знаю, куда приду, куда приведет меня мысль?