Поцелуй был такой глубины и силы, что мертвых пронзал во мраке могилы. Поцелуй возвратился, горяч и глубок, и губы живых лихорадил и влек. Поцелуй был слишком велик для губ, он чувствовал это, вонзаясь вглубь, Тот поцелуй, который привык выкапывать мертвых и сеять живых.
— Мигель Эрнандес
