Я предпочитаю, чтобы мои работы говорили сами за себя. И мне нравится общаться с моими фанатами через фильмы, в которых я снимаюсь.

Мне интересны картины, которые оставляют после просмотра много вопросов, будоражат. Если мне говорят, что фильм слишком запутанный, я говорю: «Fuck you!». Кино, в котором всё ясно, — это лошадиный навоз, а не кино. Такое делают для детей. А я снимаюсь во взрослых фильмах.

Кино надо снимать так, чтобы после него не хотелось продолжить вечер в Макдональдсе.

Как я начал снимать кино? Когда мне было пятнадцать, все вокруг с ума сходили от кровавой развязки в «Бонни и Клайде», так что я попросил отца сводить меня в кино — хотел посмотреть на это своими глазами. Когда герой Джина Хэкмена погиб, меня это потрясло невероятно. Я стал одержим кино. Помню, чуть позже я купил журнал «Филм Коммент» с Бонни и Клайдом на обложке, но не понял ничего из того, что там было написано. Тогда я просто решил снимать свое кино.