Кристоф первым запрыгнул на валун, рывком втащил Вивиана наверх. Ученик встал рядом с ним, глядя на обезумевшее пространство вокруг. Машинально взглянул на часы — катаклизм продолжался уже семь минут и, похоже, не собирался заканчиваться. — Успеем, — сказал колдун в ответ на молчаливое беспокойство ученика. Сам он часов не носил принципиально и поэтому из-за опозданий никогда не тревожился.

Я твоё повторяю имя этой ночью во тьме молчаливой, и звучит оно так отдалённо, как ещё никогда не звучало. Это имя дальше, чем звёзды, и печальней, чем дождь усталый. Полюблю ли тебя я снова, как любить я умел когда-то? Разве сердце моё виновато? И какою любовь моя станет, когда белый туман растает? Будет тихой и светлой? Не знаю. Если б мог по луне гадать я, как ромашку, её обрывая!

It is the hour when from the boughs The nightingale’s high note is heard. It is the hour when lovers’ vows Seem sweet in every whisper’d word. And gentle winds and waters near Make music to the lonely ear. Each flower the dews have lightly wet, And in the sky the stars are met: And on the wave is deeper blue, And on the leaf a browner hue, And in the Heaven, that clear obscure So softly dark and darkly pure, That follows the decline of day As twilight melts beneath the moon away.

Когда-то в давние века В пещерах люди жили, И вдалеке текла река, Они к реке ходили, Весьма опасною тропой На водопой, на водопой.