Если теория относительности подтвердится, то немцы скажут, что я немец, а французы — что я гражданин мира; но если мою теорию опровергнут, французы объявят меня немцем, а немцы — евреем.

Что русскому хорошо, то немцу — смерть.

Если мы немцы, дядя, то Бетховен — русский. Или еврей. Кто угодно, только не немец!

Русские женщины вообще удивительно живые. Мне, немцу, это в них нравится.